— Может, так и было… поначалу.— Признала она, сложив ладони на коленях.
Они ещё долго болтали в лазарете. Сарьен рассказала девушке, как им было скучно в Милрене всё это время. У студентов, оставшихся в академии, не было занятий и всё, что им оставалось находиться постоянно вместе. Ближе к одиннадцати Сарьен предложила перекусить. Не став противиться этому предложению, так как организм требовал еды, они втроём отправились на поздний ужин.
Женщины, что готовила здесь, к этому времени уже не было. Пробравшись на кухню и отыскав в холодильниках остатки готовой еды, они взяли всё с собой и поспешили к столу.
Сарьен уплетала бутерброды, закусывая их шоколадом и запивая всё это вишнёвым соком. Сафире такое поведение подруги показалось странным, однако она придержала свои мысли при себе. Сама же ограничилась горячим чаем, дабы, наконец, согреться, и парой пончиков.
— Почему ты не расскажешь ректору, что случилось?
— Он не внушает доверия. Да и как ещё я должна была реагировать на его расспросы, зная правду? Зная, что история лжёт?
— Что ты имеешь в виду? — Соизволил спросить Ник, допивая кофе.
Сафира вздохнула. Она не знала можно ли им безоговорочно доверить этот секрет.
— Я расскажу, но при одном условии.
— Каком? — Спросила Сарьен, отставив почти пустой стакан в сторону.
— Вы поможете мне сбежать. — Шёпотом сказала она.
— Сбежать? — Настолько же тихо прошептала Сарьен, будто не веря своим ушам.
— Куда именно? — У Ника явно было меньше вопросов, да и задавал он их только по делу.
— На маковое поле. Ректор запретил мне покидать академию, но мне надо туда попасть.
— Я согласен помочь. — Ответил Ник со всей серьёзностью. — Сарьен? — спросил он, взглянув на девушку.
— Хорошо.
***
Возвращаться в лазарет, а тем более разговаривать там на такую тему Сафира не собиралась и поэтому, они оккупировали комнату Сарьен.
Сдвинув тонны коробок с одеждой, которую она собиралась отправить домой, Сарьен села на освободившийся кусок дивана. Сафира придвинула единственный стул, а Ник подсел к своей девушке.
— Кто-нибудь из вас умеет пользоваться защитными чарами? — Первым делом полюбопытствовала Сафира, переводя взгляд с парня на девушку.
— Защитные чары? Что это? — Сарьен повела плечами, недоумевая, что это такое. Ник молчаливо развёл руками давая понять, что так же не имеет понятия.
— Я видела пару раз, как это делается. Надеюсь, получится. — Она дважды слышала те слова и хоть понимала их на даркарском с большим трудом, попытаться стоило. — Те-Зеу-у Ка-а ран н им Эс да-о-роуВа-а те мак та. – Печать защитной магии засветилась золотом, чары сработали.
— Ого. — Изумился Ник, подняв брови. — Ты хоть знаешь, что сейчас сказала?
— Нет. Я пока плохо понимаю даркарский. А ещё у того кто произносил эти письмена был странный диалект так что я совсем запуталась.
— Эти слова означают: Скрой меня от чужих глаз, от чужого слуха и позволь моему голосу блуждать.
— Дословный перевод всегда такой непонятный? — Удивилась девушка.
— Уверен, это заклинание не из лёгких. Но почему ты назвала его чарами? — Удивлённо воззрев на неё.
— Так их называют в Бриаварре.
— Бриаварр? Это то место где ты была всё это время? — Полюбопытствовала Сарьен. Девушка кивнула.
— Слушайте, может, вы мне и не поверите, но я расскажу правду. Богиня Амара, которую все в этом мире считают той, кто завершил великую войну, на самом деле таковой не была.
— О чём ты?
— Всё дело в ключах. Нас убедили, что они дар. Дар, который позволено носить хранителям ключей. Знаете, я засомневалась в этом ещё до того как попала в Бриаварр. Когда мы были у мастера ключей, он сказал, что они его проклятие. Я не понимала этого, думала, что ключи заката просто другие, но дело оказалось не в этом. Каждый ключ — проклятие. Визариус раскрыл мне глаза.
— Визариус? — Чуть ли не прошипела Сарьен, с непониманием уставившись на подругу.
— Да. Ты не ослышалась. Он не кровожадный монстр как все считают.
— А может это он убедил тебя в этом?
— Знаешь, Сарьен я видела его. Разговаривала с ним. Еще Элиот…