Выбрать главу

— Нет, мы с Лео просто друзья. Он мне как брат.

Со стороны могло бы показаться, что Леонель расслаблен, но я-то видела напряжение в его глазах. Хоть он и старался выглядеть насмешливым и беззаботным, я заметила, как он специально отклонился на спинку стула, чтобы сделать вид, что все в порядке. И я видела, как он смотрит на нее. Она ему не подруга. Может он для нее и друг, но вот она для него – точно нет.

И я уверена, что Герман в курсе. Просто молчит. А Мирослава действительно выглядит так, словно не знает всего. Нет, она ничего не знает.

Я перевела взгляд на Германа. Он смотрел на сестру. Затем на меня. Я не знала, о чем он думал. Снова.

Дальше ужин прошел практически в такой же обстановке, только Леонель шутил больше и громче. Это была его защитная реакция. Мирослава правильно сказала, он – клоун.

Но, несмотря на это я сегодня даже несколько раз смеялась искренне. Мы ели вкусную еду, которую, оказывается, приготовила Мирослава сама. Пили шампанское и лимонады. И весь вечер меня не прекращали благодарить. И я поняла, что не могу не воспользоваться ими. Это будет главное упущение в моей жизни.

Но не сейчас. Потом. Когда станем ближе. А мы станем ближе. Потому что я уже взяла контакты Мирославы и метила в ее подруги. А если я буду рядом с Мирой, то буду ближе к Герману. Я не уйду с его глаз. Я заставлю его думать обо мне. Каждую секунду его жизни. Он будет зависим от меня. А зависимые люди слабы. Он расскажет мне все. И я найду предателя. Просто мне надо немного времени.

Под конец ужина Мирослава предложила мне экскурсию по их дому. Я, конечно, согласилась.

Оказалось, что за той закрытой дверью была гостевая спальня. А в гостиной оказалось фортепиано. Белое, благородное. Мы пошли на второй этаж. Здесь было также светло. Три спальни, у каждой из которых личная ванна с туалетом; кабинет Германа с Леонелем; гардероб Мирославы; два балкона. Весь дом был отлично освещен, повсюду были разные светильники, бра и торшеры. Все светилось. Казалось, что темнота здесь чисто технически невозможна.

Мне их дом показался уютным. Он был полной противоположностью моему – темному, загадочному. Мне иногда казалось, я живу в замке графа Дракулы. И что повсюду летают приведения прошлого. Я их не боялась. Но и дома я не чувствовала себя в безопасности. Я нигде не чувствовала себя в безопасности.

Этот вечер прошел поистине хорошо. А самым главным достижением этого вечера оказалась наша с Германом поездка домой.

— Амели, — позвал он меня, а после, глядя на дорогу, спокойно, уверенно сказал: — пойдешь со мной на свидание?

Внутри меня что-то закричало от удовлетворения. Отлично. Просто отлично.

— Не боишься отца?

— Нет. Но если его боишься ты, то я могу с ним поговорить.

— Ты же сам сегодня сказал, что ко мне опасно испытывать чувства?

Герман чуть помолчал, а после ответил:

— Мои чувства не такие глубокие, как те, о которых я говорил. Но я не боюсь. Никого и ничего. И если мне нравится девушка, я уж точно не стану бояться последствий.

Этот разговор что-то задел во мне. Я даже зауважала Германа. Мне всегда нравились смелые парни. Герман был, наверно, самым смелым из всех, что я знала. Потому что каждый в нашем мире боялся Томаса. Каждый, кроме Гарретта. Мало того, что он не боялся отца, он собирался идти на свидание с его дочерью. Возможно, он просто глупый самоубийца, а возможно у него у самого какой-то план. Не стоит забывать о том, кто он.

— Ну, раз не боишься отца, тогда пошли.

На лице Германа выросла ухмылка. Он остановился у нашего дома и посмотрел на меня. Слишком внимательно. Если бы этот взгляд увидел отец, то мгновенно бы взбесился.

— Я тебе позвоню.

— У тебя есть мой номер? — Герман лишь загадочно улыбнулся. — Ну конечно.

Я вышла из машины.

— Доброго вечера, Амели.

— Доброго вечера, Герман, — сказала я, прежде чем захлопнуть дверь.

И только звезды и холодный осенний ветер стали свидетелями этого странного диалога.

глава 6

«Жизнь подражает искусству» - Оскар Уайльд

Я шла по подъездной дорожке своего дома к кованым воротам. За ними виднелась черная машина Германа. И он сам, облокотившийся на капот. Я смогла разглядеть на капоте лежащий букет цветов. Гарретт сразу меня заметил, как только я вышла из дома.

Когда я вышла из-за ворот, то получила оценивающий взгляд моего спутника. На мне было длинное алое платье в пол с треугольным вырезом и бретельками. Без выреза на ножке, иначе оно выглядело бы совсем вульгарно. На улице сегодня прохладно, поэтому сверху на мне черное пальто. Прямые каштановые волосы я легким движением убрала за спину. На ногах каблуки в тон платью. А тонкая шпилька блестела и переливалась на свету. С момента нападения прошла неделя, и мои ноги практически зажили. Но в обуви на каблуке я держалась уверенно.