Первая фаза была ориентирована на становление физической и умственной подготовки ребенка. Тренировки у нас были через день, где нас выжимали до последней капли пота. Мы учились бою, стрельбе из оружия – в том числе огнестрельного – и владению холодным оружием. В те дни, когда у нас не было тренировок, мы учились. И в такие дни было чуть спокойнее, но не менее легко. Мы должны были заучивать все, что получали. Бесконечные тесты, зачеты, нормативы. Нас обучали психологии, логике, языкам (английский и итальянский), политике, истории и географии. Также у нас было несколько общих предметов, в которых мы изучали основы: математика, физика, биология. Также, два раза в неделю у нас были предметы по специальным навыкам: программирование, маскировка, сбор информации, развитие внимательности и памяти.
Это было тяжело. Тело отказывалось заниматься, а мозг запоминать сказанное. Хоть у нас и был один выходной в неделю, его было недостаточно для меня.
И я скучала по отцу. И по маме. Я постоянно спрашивала президента Карлу, где мой отец и когда он придет ко мне, но та лишь говорила, что не скоро. И я была жутко расстроена по этому поводу.
Уже взрослой вспоминая первый год ШШМ, я понимала: за тот год ментально я стала старше лет на пять. Я знала то, что не знали многие взрослые. И иногда это приносило мне удовольствие. Но чаще я просто слишком уставала, чтобы хоть что-то делать.
Если сначала я была одушевлена тем, что стану шпионкой, то сейчас мне эта затея совсем не нравится. Не буду я никого убивать. Да и собирать информацию я тоже не хочу. Почему отец не спросил меня, прежде чем сюда отправить?
Этими вопросами я изводила себя изо дня в день. Моя тоска мешала мне сосредоточиться на материале. Это замечали и преподаватели.
Сегодня объявляли результаты года. Я на предпоследнем месте по успеваемости. Честно сказать, меня это не сильно волновало. Но вот моих учителей очень даже. После объявления результатов Карла подошла ко мне лично и сказала, что я слишком много времени уделяю тоске. И она была права.
А еще позавчера на тренировке я сорвалась. Четырнадцатая сказала, что я бездарность и поэтому родители меня бросили, после чего я накинулась на нее, словно бешеная. Я била ее с силой такой, что пришлось девчонку отнести в медпункт. А Грей странно посмотрел на меня
Сейчас же я шла куда-то за охранниками. Двое шли впереди меня и вели куда-то все ниже и ниже. Я никогда туда не совалась. Знала, что там просто склад и не более. Но чем ниже мы спускались, тем сильнее от удивления раскрывались мои глаза.
Нас встретил мужчина. Я часто видела его рядом с президентом, но он не наш преподаватель. Сейчас на нем белый медицинский халат, в цвет стен, которые здесь были. Этот этаж напоминал мне больницу. Здесь даже пахло также.
— Можете быть свободны, — кивнул он охранникам и переключился на меня, — здравствуй, восьмая. Меня зовут доктор Эрик, прошу за мной.
И он двинулся дальше по коридору. Пока мы шли, я разглядывала этот коридор. Я была уверена, что здесь просто склад. Но тут какая-то… лаборатория?
Мы вошли в кабинет. В центре комнаты стояло большое кресло с тысячей и одним проводом. Сразу справа от входа стол с двумя мониторами и различными кнопками. А над столом и слева от кресла было большое тонированное окно. Я не видела кто за ним, зато они видели меня.
— Присаживайся, милая, — спокойно сказал доктор.
— Зачем я здесь? — спросила я, садясь в кресло.
Доктор подошел ко мне и намазал мои запястья и щиколотки каким-то противным гелем. Я заметно напряглась. Но было уже поздно. Он застегнул на моих запястьях и щиколотках ремни.
— Что вы делаете?
— Восьмая, ты предпоследняя в списке. Скажи, зачем ты здесь?
— Я не знаю, вы за мной пришли! — в панике сказала я, пытаясь вырвать руки или ноги, но ремни держали крепко.
Без паники, Амели. Как тебя учили на уроках?
Я не помню!!!
— Нет, милая, — глядя мне в глаза, говорил Эрик, — зачем ты в этой школе?
— Чтобы стать шпионкой, — на языке вертелся другой ответ, но я оставила его при себе.
— И что же ты делаешь, чтобы стать шпионкой?
— Учусь. Так как могу.
Доктор покачал головой и отошел к своему пульту управления. Я видела на его мониторе свои показатели. В голову полезли различные сценарии развития.
— Начнем с малого, — сказал доктор и нажал на кнопку.
Мое тело пронзило током. Это длилось не больше пары секунд, но такое чувство, будто вечность. Я крепко стиснула зубы.