Выбрать главу

Девушка тут же замолчала и перевела взгляд на меня. Удивление сменилось радостью. Она тут же вскочила со своего места и обняла меня. Крепко и все также возбужденно.

— Амели, ты пришла!

На девушке сейчас были обычные широкие голубые штаны и белая футболка с котиками. Это выглядело настолько по-домашнему мило, что я даже почувствовала себя не в своей тарелке. У нас дома такого никогда не было после смерти мамы. У нас дома никогда не было атмосферы дома.

— Всем привет, — с улыбкой я обвела всех взглядом. Герман тоже встал, чтобы поприветствовать меня, — мне сказали, тут учат играть на пианино?

Я посмотрела на Гарретта. На его лице была легкая вежливая улыбка.

— О, это к Герману. Он у нас главный музыкант в семье, — с лукавой улыбкой протянул Леонель.

— Лео, не прибедняйся, все мы знаем, как прекрасно ты поешь. Особенно в душе, — не остался в долгу командир.

— Ты что-то имеешь против моего прекрасного вокала?

— Абсолютно ничего. Просто я считаю, что моя грешная душа не достойна слушать такие райские звуки, так что я бы предпочел, чтобы ты пел в паре километров от меня.

— Идиоты, — закатила глаза Мирослава и, приобняв меня за плечи, повела в сторону кухни, — Амели, ты кофе будешь? Или чай, может?

Мирослава налила мне и себе по чашке кофе, в то время как мужчины остались в гостиной. Я слышала, как оттуда доносились звуки случайных клавиш – кажется, Леонель пробовал играть на инструменте. Герман его как-то поправлял, но получалось скверно.

— И часто вы так собираетесь? — спросила я, отпивая кофе.

— На самом деле нет, — с грустью ответила девушка, — они постоянно в работе. Чаще всего в клубе. А мне туда вход воспрещен.

— Почему?

— Ребята считают, что это место для меня опасно и мне там делать нечего. Что там один блуд и наркотики, — поджала девушка губы.

Вот как? Интересно.

— Значит, Герман – опекающий брат? Я думала ты сама по себе.

— Я бы сказала «Гиперопекающий». Когда дело касается моей безопасности, он с катушек слетает. Сомневаюсь, что он пустит меня еще хоть на один прием после того, что произошло.

Она говорит о нападении.

— Значит, до этого он тебя никуда не пускал?

— Герман вернулся два года назад. Мне тогда было шестнадцать. Я еще училась в школе, так что он мне постоянно твердил, что моя главная задача – учиться, а мир мафии меня не касается, — девушка закатила глаза, — я в него и не лезу. Но на всякие вечеринки я бы хотела ходить. А он запрещал. Но недавно мне исполнилось восемнадцать, и я смогла его уломать на прием в твою честь.

— А Леонель? Разве с ним ты не можешь никуда ходить?

— Лео чаще всего помогает Герману. А если не помогает, то кутит в клубе, в который мне нельзя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я видела, что девушку данный факт расстраивал. И я не могла не ухватиться за эту возможность.

— Обещаю, как-нибудь я тебя свожу куда-нибудь. Со мной тебе можно везде.

— Амели, Герман все еще мой опекун и он не разрешит…

Я наклонилась ближе к девушке с заговорческой улыбкой.

— Разве я говорила, что мы будем его спрашивать?

Девушка покосилась в сторону гостиной. Оттуда до сих пор доносились звуки фортепиано. А потом улыбнулась мне и протянула руку.

— По рукам.

Мы пожали друг другу руки и двинулись в сторону гостиной. Как и ожидалось, Леонель сидел за инструментом и невпопад нажимал на клавиши, пока Герман, как строгий учитель, стоял сзади и наблюдал. Когда светловолосый друг вновь нажал не на ту клавишу, Гарретт отвесил тому ощутимый подзатыльник. Даже у меня затылок заныл от этого звука.

— Ай-й-й… — схватился Леонель за голову.

— Если бы я был твоим учителем по фортепиано, то ты давно остался бы без пальцев. Прекрати баловаться.

— Герман, у тебя просто фортепиано расстроенное, — пытался как-то защититься Лео.

— Леонель, после тебя оно в лучшем случае в депрессию впадет. На его месте я бы вообще повесился после такого пианиста.

Они продолжали обмениваться колкостями, пока мы с Мирой упали на мягкие диваны, наблюдая за ними.

— Если меня ждет та же участь при обучении, то я, пожалуй, откажусь от урока.

Герман посмотрел на меня. Его уголки губ дрогнули в улыбке, но он тут же ее спрятал, выгоняя Леонеля со скамьи.

— Я думаю, ты способнее Леонеля и мне не придется прибегать к радикальным мерам, — он кивнул на лучшего друга.