Еще один важный момент – авторитет этой профессии среди простых американцев непререкаем. Не слышал я, чтобы называли полицейского так презрительно, как нашего милиционера. В каком бы звании полицейский ни был, обращаются к нему уважительно – офицер; а еще существует для них кличка – «коп», сокращенно от английского – copper, кипятильник по-нашему. Часто профессия эта передается по наследству, особенно среди ирландцев и итальянцев.
Мы сидели на веранде, пили коктейль «Кровавая Мэри» и любовались на опять задремавший вулкан Святая Елена, который при извержении в 1980 году изничтожил все живое в радиусе тридцати километров. Мой друг Ростисла в Данов посвятил жизнь поискам снежного человека, называемого иначе йети. Он рассказывал, что этот реликтовый гуманоид, называемый в Америке бигфут (большая нога), был неоднократно замечен в районе этой горы.
По поводу снежного человека мне вспомнилась история, рассказанная английским путешественником и писателем Брюсом Чатвином. В Гималайских горах ему встретился шотландец, приехавший туда в поисках йети. Он искал его по всему миру, но так никогда и не видел. Когда же Брюс поинтересовался, как обстоят дела с поисками Лохнесского чудовища в Шотландии, этот фанатик йети заявил, что только идиоты могут верить в его, этого чудовища, существование.
Рост Данов был одним из таких фанатиков. Ему повезло родиться в петербургской дворянской семье, которая была не полностью вырезана чекистами. Его мама Елена Вацлавовна, из потомственных дворян, смогла передать Росту не только богатство культуры предков, но и их таланты. В нашей университетской компании он блистал эрудицией, писал прозу, стихи, прекрасно рисовал, и дьяконским басом пел религиозные гимны, которых до него я никогда не слышал. Талантов Роста хватило бы на сто человек, ну а биологию он знал лучше большинства наших профессоров. Но вместо того чтобы увлечься модными генетикой, биофизикой или биохимией, он решил заняться поисками снежного человека.
Каждое лето он уезжал с экспедициями на Кавказ или Памир в надежде увидеть реликтового гуманоида либо расспросить людей, встречавших этого йети. На жизнь он зарабатывал ловлей ядовитых змей и сдачей их в питомники. В конечном счете, одна из них ему отомстила за пленение товарок. Будучи на Памире, Рост как-то солнечным утром вышел босиком на лужайку, и маленькая эфа тяпнула его за палец ноги. Его удалось тогда откачать, но почки и печень были капитально расстроены, и Рост уже не мог выезжать в экспедиции за снежным человеком. Исчез стимул его существования на этой земле, и Рост отошел в другой мир, так и не встретившись с неуловимым гуманоидом.
Мне до сих пор больно думать о том, что Ростик так и не успел реализовать многочисленные свои таланты. Удивительно, почему природа так расточительна – она создает уникальных людей, но только единицам дает возможность передать потомкам мудрость и красоту своего восприятия мира. Я тоже не знаю, для чего живу на этой земле. Может, лишь для того, чтобы продолжать искать собственное Лохнесское чудовище, либо йети, которого Ростислав не нашел. Вот и сидел я на веранде, посасывал коктейль через соломинку и ждал появления йети. Снежный человек так и не пришел, возможно, он не переносил запаха спиртного. А ведь у Ростика тоже была проблема с этим зельем.
Утром Скотт договорился о визите на конюшню ветеринара и отвез меня туда. Стив Сисли прослушал и простукал Ваню и нашел его в удивительно хорошем состоянии для лошади, прошедшей за столь короткий срок 6000 километров. Я сам уже заметил, что за последние недели Ваня набрал вес, видимо, готовясь к зиме.
Сержанты Вела и Дрэйн решили угостить меня полдник ом, покатать по городу и показать меня своей начальнице, капитану Тони Мак-Вашингтон. Не удивило меня, что командует ими женщина-негритянка, поскольку при карьерных продвижениях женщины и чернокожие пользуются в этой стране преимуществами перед белыми. Но фамилия Вашингтон с приставкой Мак встретилась мне впервые, не говоря уж об ее мужском имени. В дневнике она написала: «Анатолий, я надеюсь, что ваше путешествие на северо-запад – это все, что вы хотели. Постоянный успех». Что-то в ее стилистике не сочеталось, но женщиной Тони оказалась приятной во всех отношениях.
Значительно менее приятным был визит в русское конс ульство, которое в час дня уже оказалось закрытым – не перегружают себя работой наши ребята. Открытым оставался только офис русской юридической консультации, соседствовавший с консульством. Я попросил ее хозяина расписаться в дневнике, чтобы зафиксировать визит в консульство. (Ума не приложу, зачем мне это было нужно.)