В отличие от США, в Канаде не привилась идея нации как плавильного котла, в котором перемешиваются собравшиеся народы, чтобы сформировать новое единство. Англоговорящая община Канады не объединена национальными, культурными либо религиозными принципами. В то время как канадских французов, кроме языка, объединяет почти стопроцентная принадлежность к католической церкви, а также многовековая традиция и культура изолированного проживания в этой стране. В провинции Квебек им удалось объявить официальным языком французский, следующей задачей поставлено создание государства Новая Франция, независимого от Канады и Британской метрополии.
Граница по 49-й параллели между США и Канадой была установлена в 1846 году. Действительно, с тех пор крупных конфликтов между странами никогда не возникало. Ну называют канадцы американцев «янки», а те их «колонистами», но экономики двух стран так переплетены, что им друг без друга не обойтись. В отличие от мексиканцев, канадцы не очень стремятся перебежать в США, но и американцы не бегут на север. Поэтому, как правило, границу можно переехать без особых формальностей.
Я миновал ряды выстроившихся для проверки документов автомобилей и въехал на таможню, где у меня даже не спросили ветеринарных документов на лошадь. Конфисковав несколько оказавшихся на виду яблок, таможенник отправил меня в иммиграционную службу, где и начались издевательства.
Чиновник с номерным знаком «1875» и славянской морд ой лица потребовал предъявить 1600 долларов наличными. Мотивировал он это тем, что в Канаде у меня должны быть деньги для прокорма себя и лошади, по крайней мере, на неделю.
На самом деле я не знал, как долго пробуду в этой стране. Поеду ли дальше на север или отправлю телегу из Ванкувера в Австралию, а лошадь продам и вернусь в США налегке. В кармане было всего 100 долларов, но кредитная карта «Виза» давала мне возможность в любой стране мира взять до 5000 долларов наличности. Славяномордого чиновника это объяснение не устраивало, и он потребовал вернуться в США и привезти пресловутые 1600. А я знал, что банк в Блэйне был уже закрыт, и деньги можно получить только через два дня, в понедельник.
Я отказался возвращаться назад и потребовал вызвать начальника. А тем временем проходящие автомобили обдавали лошадь выхлопными газами, шел дождь, и быстро темнело. Уже было поздно и некуда возвращаться, сено и зерно у меня кончились. Конечно же, добрые люди подходили и кормили Ваню фруктами, а таможенники вручили мне флаг Канады, страны, встретившей меня столь негостеприимно.
Начальник иммиграционной службы вызвал меня в кабинет и заявил, что в случае отказа вернуться в США меня арестуют, а лошадь отправят в карантин для животных. Уже будучи на пределе, я заявил, что готов на это – по крайней мере, лошадь будет накормлена и под крышей. Бюрократы несколько отступили и согласились меня пропустить, если кто-нибудь подпишет бумагу, что берет меня под свою ответственность. Но ведь я здесь никого не знал.
Чтобы совсем испортить мое пребывание в стране, пограничник «номер 1875» позвонил в Ванкувер, где у меня был предварительный договор с начальством конной полиции об остановке у них на пару дней. Вероятно, он объяснил им, что в этом случае те берут на себя всю ответственность за мое пребывание в стране, включая оплату возможных медицинских расходов и т. п. Похоже, это явно не было ими учтено. Во всяком случае, от конной полиции никакого формального приглашения я не получил и завис в неопределенности.
Коллеги этого чиновника сами чувствовали неудобство за него, и один из них, отозвав меня в сторону, извинился и объяснил, что этот «1875» с польской фамилией недавно здесь появился и очень уж хотел выслужиться перед начальством.
Курить-то в помещениях было нельзя, вот я и вышел на улицу Ваню утешить и на груди его широкой поплакаться. А рядом с ним стоит девушка белокурая, с голубыми глазами, красивая, как первая любовь. Она четыре часа тому назад проезжала границу по дороге в США, а теперь возвращалась обратно и удивилась, что я так долго здесь делаю. Узнав о моих страданиях, она вызвалась подписа ть необходимые бумаги и прошла со мной в иммиграционный офис. Я видел и почти слышал, как «номер 1875» уговаривал ее этого не делать, но, в конце концов, Трэйси Робертс подписала документы. Мне разрешили проехать по территории Канады в Пойнт-Робертс, на маленький полуостров, принадлежавший США, где жила канадка Трэйси.
Канада
5 октября
Меня впустили в страну на следующих условиях: