Бывший министр юстиции США Р. Кларк в своей книге «Преступность в США» пишет:
«ФБР достаточно медленно переключало свое внимание на организованную преступность. Это вызывает удивление, ибо трудно представить себе более естественного противника. «Коза ностра» десятилетиями развивала в Соединенных Штатах широкую деятельность, прежде чем ФБР признало, что она существует. И только к концу 50-х годов оно изменило свою позицию».
Этому вынужденному изменению есть объяснение... Как говорится, сколько веревочке ни виться, а конец будет. И несмотря на всю строжайшую конспирацию в рядах «Коза ностры», несмотря на попустительство со стороны властей, (в лице ФБР хотя бы), существование всеамериканского преступного синдиката в конце концов перестало быть тайной.
Некий Джозеф Валачи, один из сподвижников уже известного нам гангстерского «босса» Вито Дженовезе, попал в тюрьму, но не за то, что был членом «Коза ностры», а за обыкновенную уголовщину, которая ни с каким подпольным синдикатом судьями не связывалась. Если бы не стечение обстоятельств, Валачи в свое время вышел бы на свободу и продолжал бы безбедное существование в «Коза ностре». А обстоятельства были таковы. Его заподозрили в том, что он стал осведомителем ФБР. По свойственным преступной корпорации традициям Валачи дали понять, что он разоблачен и обречен. Даже факт его пребывания в тюрьме отнюдь не гарантировал ему безопасность. Он знал, что месть «Коза ностры» не знает преград, причем ей в тюрьме убрать врага еще легче, ибо обреченная жертва оттуда никуда не денется, а приказ корпорации охотно выполнит кто-либо из заключенных (в обмен на благодарность, деньги, благосклонность «Коза ностры» или же просто в страхе перед ней, в страхе за свою собственную жизнь в случае неповиновения).
Так вот Валачи со дня на день ждал покушения на его жизнь. Старый гангстер хорошо знал обычаи своей организации и был уверен, что ее приговор попытается привести в исполнение кто-либо из заключенных. Запуганный и затравленный, он во время прогулки по тюремному двору вдруг решил, что один из его коллег вот-вот убьет его. Возможно, так оно и было, а может, просто не выдержали нервы. Валачи схватил валявшуюся на земле железную трубу и убил ею подошедшего к нему заключенного. За это убийство суд приговорил Валачи к смертной казни. Но тот умирать не хотел. И выторговал себе жизнь. Он рассказал властям о «Коза ностре», и за это смертный приговор был заменен ему пожизненным заключением.
Валачи сразу объяснил своим тюремщикам, в какой опасности находится его жизнь, и был тут же переведен в военный форт, где и начал свою исповедь о «Коза ностре». Последняя, кстати, весьма дорого оценила голову предателя: один миллион долларов был обещан тому, кто заставит замолчать Валачи. Но даже «Коза ностре» не удалось проникнуть за ограждения военного форта, где Валачи к тому же сидел в бетонном бункере, под усиленной охраной.
В такой своеобразной творческой обстановке и была записана исповедь Валачи. Она заняла свыше одной тысячи страниц! Американский журналист Питер Маас создал на ее основании книгу «Записки Джо Валачи». В ней он пишет:
«Коза ностра» по-итальянски означает «Наше дело». Валачи объяснил его как «Это дело наших». После такого признания Валачи прорвало, и он начал обрисовывать сложную структуру этой преступной организации. Но он все время страшно боялся, и его мысли перескакивали с одного предмета на другой. «Ведь это только вопрос времени,— заявил он.— «Коза ностра» рано или поздно, а все равно до меня доберется».
Свой рассказ Валачи начал с таких взволнованных сентенций:
«Коза ностра» похожа на государство в государстве! Она огромна. Что может получиться хорошего, если я даже и расскажу вам о ней? Вас никто не будет слушать. Никто не поверит!»
Но пришлось поверить... И вот из области предположений и беллетристики тема «Коза ностры» по праву вошла в реальную американскую жизнь. Факты оказались сильнее всемогущего Гувера, директора ФБР, десятки лет закрывавшего глаза на организованную преступность.
Откровения Валачи никак не отразились на судьбе «Коза ностры», гангстерская фирма продолжала процветать и вести свой весьма специфический образ жизни. Просто о (ней стали теперь говорить как о явлении вполне осязаемом, а не как о досужих вымыслах авторов детективных историй. Стал очевиднее зловещий механизм ее кровавых междоусобных войн, ее деловой хватки, ни в чем не уступающей большому легальному бизнесу по жестокости и размаху операций. Как бы подытоживая эпизод с Джо Валачи, бывший специальный агент ФБР Уильям Тернер писал еще при жизни Гувера: «ФБР прячет голову в песок, как только дело касается организованной преступности, и прикрывает свою бездеятельность дутыми цифрами. В течение сорока лет под главенством Эдгара Гувера ФБР и организованная преступность процветают совместно».