«Как мои боссы и покровители в сенате, я был честолюбив и стремился свить свое личное гнездо. Они полагали, что высокое положение позволяет им принимать подарки и любезности от покровителей, которым нужны были «особые услуги»,— я тоже. Они пользовались конфиденциальной служебной информацией, чтобы выгодно помещать свои капиталы,— я тоже. Они пользовались своим влиятельным положением, чтобы получить займы или кредиты, в которых им могли бы и отказать,— я тоже».
А вот как Бобби вспоминает об одном из своих хозяев: «Деньги были богом сенатора Керра. Он думал, что деньги решают все, сознательно и охотно брал взятки, не колебался тратить личные средства на покупку голосов». Выразительный портрет сенатора, который в свое время был одним из политических столпов Америки! Между прочим, на примере Керра й Бейкера еще раз убеждаешься в справедливости пословицы «рыбак рыбака видит издалека», поскольку Бобби пишет о своем покровителе: «Ни один человек не сделал для меня больше». И еще одно признание Бейкера, рисующее нравы законодателей:
«Туалетную можно назвать центральным разведывательным управлением американского сената. В безопасности туалетной сенаторы приоткрывают умы и сердца — особенно к концу дня, когда карманные фляжки с виски пустеют. Именно здесь я услышал из первых уст, какие сенаторы подкупаются, в какой степени и кем».
История с Бобби Бейкером так нашумела еще и потому,что бульварная пресса долго смаковала пикантные подробности, связанные с развлечениями сенаторов в их «Кворум-клубе». Эта сторона закулисной жизни законодателей часто привлекает к себе внимание, поскольку государственные мужи сплошь и рядом ведут себя крайне непристойно. Вот только один пример из множества ему подобных.
Почти тридцать лет Уэйн Хейс был членом палаты представителей США, занимал в ней ответственные посты, был в руководстве демократической партии. Он всегда слыл поборником морали и нравственности. Будучи председателем административной комиссии палаты представителей, он строго следил за порядком, ходом текущих дел. За глаза его называли «мелочным тираном», да и Хейс сам признавал, что человек он «не из приятных». И вот этот моралист и законник попал в историю, которая показала его людям совсем с другой стороны.
Его приятель и коллега, конгрессмен Кеннет Грей ушел в отставку и передал Хейсу свою секретаршу и любовницу Элизабет Рей. Бойкая девица целомудрием не отличалась и была подругой сразу нескольких конгрессменов. Она вспоминает о тех временах: «Хейс предпочитал навещать меня дома в понедельник или во вторник. И мне обычно было нелегко уединиться с кем-нибудь еще, пока он не отправлялся к себе домой, в штат Огайо, в четверг». О таких встречах с Хейсом она не может говорить без отвращения: «Если бы я могла, я каждый раз завязывала бы глаза, затыкала бы чем-нибудь уши и делала бы себе обезболивающий укол».
Надо сказать, что сам Хейс тоже не был однолюбом, он путался и с другой своей сотрудницей — Пэт Пик. Дело зашло так далеко, что он развелся с женой и женился на Пик. Тут Элизабет вознегодовала: «Я могла быть его любовницей в течение двух лет, но оказалась недостойной того, чтобы быть приглашенной на его свадьбу!» Гнев свой она проявила публично, перед репортерами из газеты «Вашингтон пост». Элизабет поведала им не только о Хейсе и о себе, но и о других конгрессменах и их сотрудницах, ублажающих законодателей за счет государственной казны. Она сообщила журналистам, что располагает магнитофонными записями своих интимных встреч с Хейсом и его коллегами (магнитофон всегда стоял у нее под кроватью). Подключала она его и к телефону, когда любезничала со своими кавалерами. И новый скандал разгорелся! А Элизабет написала книгу обо всем увиденном ею в конгрессе и пережитом. Журнал «Тайм» так пишет об этом событии: