к У корпорации «Телидайн» два десятка заводов, тридцать пять тысяч рабочих, тысяча инженеров. Рабочие не объединены профсоюзом. Заводы территориально разбросаны, и не случайно — распыленность рабочей силы выгодна предпринимателю, препятствует созданию профсоюза, а значит, и забастовкам. Профсоюз — обуза, и Синглтон не стесняясь говорит нам об этом.
У него лично сейчас три процента акций корпорации, больше, чем у кого-либо. Хватает ли трех процентов, чтобы контролировать собственное детище? Он отвечает, что контроль осуществляет не через процент акций, а через свое положение основателя корпорации, технического и административного авторитета.
— У кого остальные акции?
Сейчас тенденция такова, что крупнейшими акционерами являются не отдельные лица, а фонды и другие корпорации. Во-первых, страховые компании, они богаты и вкладывают капиталы в акции промышленных корпораций. «Совместные фонды» — во-вторых. Их капиталы образованы из взносов индивидуальных вкладчиков, которым в одиночку не под силу и не так выгодно приобретать акции. Эти люди участвуют в биржевой игре в складчину, создавая «совместные фонды». Пенсионные фонды — в-третьих. Они складываются из пенсионных отчислений членов профсоюзов и предпринимателей—последние по коллективным договорам с профсоюзом обязаны вносить в пенсионные фонды суммы, равные взносам своих рабочих. Чтобы умножить капиталы и соответственно пенсии, пенсионные фонды зачастую покупают акции и играют на бирже. Это элементы так называемого «народного капитализма», приобщающего часть трудящихся к игре экономической стихии.
Что касается служащих и рабочих самой корпорации «Телидайн», то их тоже привязывают к этой игре, например системой льгот при покупке акции: к каждым четырем купленным акциям пятую им приплюсовывают бесплатно.
Для сотни top people — людей, занимающих высшие посты в корпорации, есть экстрапривилегии, закрепляющие лояльность умелых и нужных специалистов. Каждый из этой верхней сотни имеет право приобрести определенное число акций по нынешней их биржевой цене, но не платя ни цента в момент приобретения, как бы в кредит. Он заплатит потом, в будущем, когда стоимость этих акций поднимется, предположим, с десяти до тридцати тысяч долларов. Заплатит по прежней цене — лишь десять тысяч.
— Следите ли вы, мистер Синглтон, за тем, чтобы ни у кого не было больше акций, чем у вас? Не опасаетесь ли вы, что кто-то другой перехватит контроль над вашей корпорацией?
Это вопрос в нарушение неписаных правил. В мире бизнеса свои суеверия, и, задавая этот вопрос, я заранее приношу извинения. Тень раздражения на лице миллионера Слегка встряхнул красивой головой, поглядел острее и тверже, но руки так же спокойно лежат на скатерти, а в ответе — скрытый вызов. Нет, не боится, а если и перехватят контроль, ну что ж, ничего смертельно опасного, он готов к этому.
— Купить же «Телидайн» будет трудновато: сейчас это обойдется, пожалуй, миллиарда в полтора...
Пожалуй, миллиарда в полтора... Эти небрежно оброненные слова громыхнули над столом, — нота гордости, некий промежуточный, но немалый итог жизни. Миллиарда в полтора... Ведь на эту фантастическую сумму — не ходя далеко за примерами — можно купить и этот ресторан с диванами и стульями под красный сафьян, с метрдотелем и официантами, да что за мелочи — ресторан, нет, весь отель, весь комплекс «Сенчури сити» с десятками элегантных зданий—жемчужину Лос-Анджелеса. И я вдруг понял, как заметно стоит Генри Синглтон на этой земле, и красивая его голова вознеслась выше небоскребов. Миллиарда в полтора... Попробуй-ка купить!
Злорадство адресовано конкурентам. Они были и есть, этот внешне спокойный человек — в напряжении рыночной борьбы, хотя рассказ его прост, по-солдатски эпичен. Главное, рассказывает он об истоках чуда, о первых месяцах, было в том, чтобы предложить не совершенно новый продукт, такое случается крайне редко, а продукт, уже имеющий спрос на рынке, но перспективный и качественный. Помогли обширные знакомства и связи в Пентагоне, с другими заказчиками. Его знали как отменного специалиста, ему доверяли. Но и конкуренты не дремали. Уговаривали покупателей не брать «продукт» Генри Синглтона.
— Так прямо и уговаривали не покупать?
— Да, так прямо и нашептывали: не покупайте у этого парня, он вас надует. Чепуху в этом роде...
«Телидайн» не удалось задушить в колыбели. Теперь попробуй!.. Корпорация процветает, стоимость акций фантастически растет, положение стабильно, репутация продукта — хорошая, в своей области она — одна из крупнейших. Синглтон умеет удерживать ценных людей, и приманки с акциями — не единственные. Очень важно привлекать способную молодежь. Молодежь —это будущее. Сколько раз слышал я этот афоризм из уст американских дельцов! Молодежь — это будущие большие прибыли в век быстрого технического развития. Инвестиции в пытливые, незакисшие молодые мозги — из самых выгодных; это дрожжи бизнеса. И мистер Синглтон говорит, что посланцы «Телидайн» ездят по университетам, ищут, вербуют и сманивают блестящих студентов по всей стране. Изучают оценки. Расспрашивают профессоров...