— Вы спрашиваете, зачем мы нужны, если не сражаемся? Чтобы жить! Чтобы, когда придет наше время, мы могли нанести удар, от которого враг не оправится. А сейчас… — он ткнул пальцем в карту сухопутного фронта, — сейчас исход войны решается на земле. Там гибнут наши братья. Наша задача — не дать врагу ударить им в спину с моря. И мы её выполним. Без красивых жестов. Дабы их жертва не была напрасной…
Но сражение шло не только на земле. Небо над Федерацией стало ареной жестокой, бескомпромиссной мясорубки, где сталь и огонь решали, кому принадлежит воздух.
Небо государственная граница рядом с высотой 72.8
Звено МиГ-21 капитана Дембеле перехватило группу французских «Миражей», пытавшихся нанести удар по колонне наших войск. Используя превосходство в маневренности на виражах, Дембеле зашел в хвост вражескому ведущему и с короткой дистанции прошил его ракетами. «Мираж» взорвался в ослепительной вспышке. Остальные, потеряв строй, поспешно ретировались. Наземные войска передали в эфир: «Спасибо, „Соколы“ Небо чистое!». Капитан Дембеле снизился и прошелся над позициями войск Федерации за своим ведущим последовало звено, они помахали крыльями, обозначая этим виражом, что рядом и прикрывают войска…
Небо государственная граница рядом с высотой 72.8, 4 минуты спустя
Молодой лейтенант Амиду на МиГ-19, горя желанием повторить успех Дембеле, увлекся погоней и оторвался от группы. Опытный французский пилот на «Мираже» зашел ему сверху с солнца и с дальней дистанции поразил его ракетой R.530. Амиду даже не успел понять, что произошло. Его самолет штопором рухнул в саванну. Превосходство в опыте и вооружении сработало безотказно.
Небо государственная граница рядом с высотой 72.8, 8 минут спустя
Пара штурмовиков Су-7Б, ведомая отчаянным пилотом, прорвалась сквозь зенитный огонь к французскому аэродрому в Чаде. Ценой одного сбитого самолета, они смогли уничтожить на земле два заправщика и ангар, на сутки парализовав работу вражеской авиационной группы.
Небо государственная граница рядом с высотой 72.8, 12 минут спустя
Французские «Вотуры» под прикрытием «Миражей» прорвались к тыловому складу ГСМ. Дежурное звено МиГ-21 вступило в бой, но, связанные боем с истребителями прикрытия, не смогли помешать бомбардировщикам. Черный столб дыма от горящего топлива был виден за десятки километров… Битва за небо над Федерацией была в разгаре…
Поздно вечером начальник штаба ВВС генерал-майор Дембеле* докладывал Биффу по закрытой связи, его голос был хриплым от усталости и напряжения:
— Товарищ Председатель, потери есть. Сбито шесть наших машин. Но и мы сбили пять самолетов противника, включая два «Миража». Вражеские пилоты имеют превосходство в опыте, да, но наша мотивация и знание неба — сильнее. Они уже не летают так нагло, как вначале вторжения. Они почувствовали нашу силу и решимость. Мы заставили их уважать себя. Мы победим и захватим небо, это вопрос времени. Но пока… пока тяжело. Они бьются не в пример алжирским повстанцам. Это достойный и опасный противник.
Генерал-майор Дембеле* — да тот самый, чей племянник майор ВВС и командир звена отличился в первый день боев.
На другом конце фронта, в своем кабинете, французский генерал, командующий экспедиционной авиагруппой, стиснув зубы, слушал доклад своего офицера:
— Мон генераль, мы потеряли «Мираж» капитана Леблана. И еще четыре машины. Эти «дикари»… они не бегут. Они упорно сражаются, дерутся словно черти. Мы сохраняем превосходство, но каждая победа дается кровью. Это не избиение младенцев. Это настоящая война в воздухе. И исход ее нам пока не ясен.
Закончив слушать доклад, генерал откинулся в кресле. За окном его временного штаба в Габоне было темно. Впервые за всю операцию ему показалось, что из африканской ночи на него смотрят сотни глаз, полных не страха, а холодной, смертельной решимости. Исход битвы за небо висел на волоске, но все решалось на земле.
На высоте 72.8, что в двадцати километрах от границы, окопался 3-й мотострелковый батальон 12-го полка 1-го армейского корпуса. Позиции были выбраны с умом — обратные скаты, грамотно размещенные пулеметные гнезда, сеть ходов сообщения. Они ждали…
Комбат, майор Идрисса Кейта, сын министра обороны Федерации знаменитого генерала Кейта*, смотрел в бинокль на равнину. Он был молод, ему недавно исполнилось 23 года, но в его глазах горела та же сталь, что и у его родного отца.
Генерала Кейта* — дети и ближайшие родственники высшего командования Федерации, хоть и в офицерских званиях, не сидят в штабах, а лично сражаются на фронте. В этом Бифф Таннен копирует поведение СССР 1941 года…