После улыбок и лицемерных рукопожатий, ибо друзей за столом переговоров просто не было мы приступили к диалогу. Впрочем слово взял Колян, улыбчивый сука! Ибо Гельмут Коль был уверен в своих силах, Горбачев сдавал все, даже, то что сдавать никак нельзя. И он разливался соловьем, а я слушал и с трудом сдерживал бешенство.
— Итого даже Москва пришла к демократии, первый президент СССР Михаил Сергеевич Горбачев выражает крайнюю озабоченность поведением Стального Города. Германия должна стать единой. — Закончил свою речь Колян попытавшись надавить на меня мнением Москвы, но увы Москва была не та…
— Да кто же против? Я полностью за объединение двух Германий! — Только и успел высказаться я, как зал накрыло настоящим цунами, вопросы журналистов сыпались со всех сторон, казалось эти люди сошли с ума.
— Федерация согласна вывести свои войска из ГДР?
— Вы считаете возможным проведение демократичных выборов с международными наблюдателями в Стальном Городе?
— Стальной Город осуждает преступления сталинизма?
Я слушал этот крик безумных и улыбался прямо в пасть хаоса, что готовился поглотить мою страну и весь советский блок. Далее будут МММ, приватизация, тотальный бандитизм, коррупция, люди по полгода не будут получать зарплату, а заводы станут пилить и продавать на чермет. Сама бездна заглянула мне в лицо и улыбнулась своей смертельной улыбкой. Я поднял руку призывая к тишине и продолжил свой диалог.
— Стальной Город и Федерация твердо стоит на демократических принципах. Мы выведем свои военные базы из ГДР сразу после постановления объединенного правительства Германии о выводе войск, но вначале требуем соблюдение всех демократических процедур.
— Это каких процедур? — Поинтересовался у меня Колян широко улыбаясь.
— Нужен референдум, прямое волеизъявление народа. — Но едва я договорил, как это ничтожество Сабина аж подскочила на своем месте.
— Все восточные немцы мечтают о воссоединении, только коммунистический режим и диктатура не позволяли стране объединиться, об этом говорит судьба берлинской стены, что была разрушена руками прогрессивных студентов.
— Да кто спорит Сабина милая? Я лишь говорю о соблюдении всех правовых норм и демократии, но если восточные немцы выступают за объединение, то мы просто не знаем мнения западных немцев, может господин Гельмут Колль нас просветит? — Задал я свой вопрос.
— Мы уже более 40 лет утверждаем, что Германия должна быть едина. — Важно закивал головой Колян.
— Это просто замечательно, тогда вы не будете против проведения референдума в ФРГ, дабы выяснить согласен ли с вами народ или против того, дабы «кормить» грязных оси, а ведь есть и такие настроения в ФРГ я о них знаю.
— Маргиналы есть везде, мы согласны провести референдум, хоть завтра! — Воскликнул Колян, поддавшись на провокацию.
— Это никак не возможно, требуется соблюдение всех процедур вначале сама подготовка к референдуму 2–3 месяца, затем агитация за объединение и против, если такие силы найдутся в ФРГ это снова 2–3 месяца и только после этого мы сможем провести референдум.
— Простите вы желаете проводить референдум в моей стране? — Удивлению Коляна не было предела.
— Все должно быть по закону, референдум проведет правительство ФРГ, законное правительство, а от Федерации будут международные наблюдатели на участках, вы же не против?
— Разумеется нет!
Вот ты и попал в ловушку старый лис. Уже я позволил себе улыбку. Они думают я дикарь из Африки и не понимаю, что наплевать на мнение народа во всяком случае на Западе. Не важно, как проголосуют граждане ФРГ, важно, кто и как будет вести подсчет. Результат референдума может быть даже 3000% из 100% голосовавших за объединение Германий, будто я это не знаю…
— Сабина, милая, что касаемо референдума на территории ГДР, вы согласны с коллегой? — Задал я вопрос этому ничтожеству, что по недоразумению считалась лидером ГДР. Она переглянулась с Коляном тот как ему показалось незаметно кивнул.
— Разумеется, мы не против. — Согласилась Сабина.
— Учитывая, что это две пока еще разные страны, предлагаю ввести два вопроса для восточных немцев, согласны ли вы на объединение Германии под конституцией и по законам ГДР, а для западных согласны ли вы объединится под законами и конституцией ФРГ и два ответа да или нет.
— Но позвольте! — Попытался возмутиться Колян.
— А что собственно не так? Никто не сказал, что объединение Германии должно быть в рамках ФРГ, а не ГДР. Это решать немцам, а не нам, демократия это воля народа.
— Простите, но если даже обе стороны будут за объединение, то под разными законами и это… это…- Сабина растерялась.