— Вот кому не скажи, самый молодой и удачливый бизнесмен Мэдисона в игрушки играет. Вы чего есть-то отказываетесь? А ну марш на кухню! — Возмутилась Мэри, но тут раздался шикарный ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ звонок, я снял «крутилку» Хендерсона, повесил нормальный звонок, да и не так много электричества он тратил.
— Иди проверь, кто пришел, если у них нет билетов на наш экспресс не пускать! Правильно я говорю Билли⁈
— Конечно правильно! Лезут без билетов! — Поддержал меня карапуз, ему нравилась наша новая игра…
До и После
— Бифф Джонсон следуйте за нами. — В нашу шикарную гостинную зашли два полицая. Мэри стояла и растеряно хлопала глазами.
— Простите офицер я что арестован? Меня же все знают, я честный бизнесмен… — Я растерялся и не знал, что делать.
— Следуйте за нами, если будете оказывать сопротивление, то на вас оденут наручники.
— Постойте! Если это арест вы обязаны зачитать мои права! — Возмутился я…
— Это не арест, ты отправляешься в школу для трудных подростков, так решил твой отец, поднимайся малыш… — Наконец соизволил один из полицаев пояснить ситуацию.
— Но позвольте мне хотя бы собрать вещи.
— Нет, там тебе все выдадут.
— А!!! — Билли подскочил и ударил игрушечным вагончиком одного из полицаев в ногу. Я не поверил своим глазам данный отморозок достал ствол…
— Стойте! Я иду! Мэри убери ребенка!
— Я не ребенок! Я не отдам вам! Он мой друг! — Билли бился в истерике, а я прикрыл его своим телом, что было не трудно карапуз мелкий. Ствол упирался мне прямо в грудь.
— Позвольте, но куда вы его везете? — Вклинилась Мэри.
— Слышь потаскушка! Собирай вещи! Пацан уезжает, кончилась твоя вольготная жизнь! Это собственность компании!
— Ты че несешь «мусор»! (понятно для полиции в США другие оскорбления, но наш читатель не прочувствует) За такие слова мне прилетело прямо рукояткой револьвера в лицо, хлынула кровь. Я упал на ковер который с такой любовью и заботой выбирал, он стал пропитываться моей кровью.
— А то мы не знаем, зачем ты поселил в доме эту шлюху!
— Собирай вещи и вали из дома потаскуха! — Разорялся один, пока второй пинал меня ногами на полу. Билли бился в истерике, но я не мог подняться и помешать, навалилась слабость и темнота…
Очнулся в в полицейской машине руки были скованы за спиной наручниками все тело болело. За окном было темно, уже глубокая ночь, значит довольно давно ехали, но страшное здание я сразу увидел. Огромный забор по периметру которого была намотана колючая проволока, стояли сторожевые вышки, а яркий свет прожекторов освещал округу и шарился по ней своими мерзкими колючими лапами выискивая беглецов или тех, кому еще можно сломать жизнь. Всех тех до кого он мог дотянуться. Мы остановились у ворот с огромной табличкой я прочитал…
«Школа Жестокой Любви».
На КПП вышел охранник с дубинкой и проверил машину заглянув внутрь и посветив фонариком.
— Какого красавчика привезли. — Выдал он увидев мою окровавленную рожу.
— Пошел на хер! — Выплюнул я слова вместе с остатками запекшийся крови во рту.
— Ничего тебя тут обломают… — Он засмеялся и от его смеха бросало в дрожь.
На первом этаже меня приняли два мордоворота одетые как санитары в психушке. Причем я никогда в дурдоме не был, но был четко уверен, что именно так должны выглядеть санитары в самой настоящей психушке. Пока офицеры полиции остались заполнять какие-то документы меня потащили по моему первому кругу Ада. Вначале приказав раздеться. Начался первичный медосмотр. Самое неприятное и болезненное, когда я отказался нагнуться и раздвинуть булки, меня нагнули и засунули в задницу какую-то хрень*.
Хрень* — это если что ГГ сам виноват. Этакий вариант мазка из задницы, тут нет насилия с сексуальным подтекстом.
Даже когда чето в головку совали было неприятно, но не так обидно и унизительно. Затем выдали застиранное дешевое нижнее белье и робу. Она была оранжевой, как в фильмах про уголовников в США, башка обрита, задница зудит, тащат по коридорам в какой-то робе.
— Лицом к стене! — Командует санитар психушки или куда меня доставили.
— Пошел ты! — Отвечаю этому уроду. Он даже улыбнулся от удовольствия, я не понял он любит когда его оскорбляют? Не прошло и секунды, как до меня дошло! Меня развернули за шкирку, как нашкодившего котенка и схватив за мою лысую голову припечатали лицом к стене, снова пошла кровь. Садисту явно нравилась его власть и бить людей…
Раздался скрип ключа, похоже они тут не смазывают замки, затем будто в кошмарном сне простонали несмазанные петли моей камеры.