Один чемодан и другой чемодан и все их содержимое — из этого рождались игры и рассказы, рассказы и игры, игры, которые были рассказами, которые занимали Дорис и Сандру много лет. И уводили их в иную реальность.
И дальше, почти во взрослую жизнь.
Но пока, и довольно долго, это была просто забава. Радость и веселье, которые передавались и другим, тем, кто сам в этом не участвовал.
Например, маме кузин, она появилась в доме на болоте в тот же день и не смогла не поддаться тому радостному чувству, которое наполняло бассейн. Она так обрадовалась, что тоже захотела остаться, а осмотревшись, подметила, что все в доме покрыто пылью. Так что, когда немного погодя объявились Аландец и Бомба Пинки-Пинк, в доме полным ходом шла уборка.
Аландец этому тоже обрадовался и разом принял маму кузин на работу — уборщицей. Именно так, заметим в скобках, возникла фирма «Четыре метлы и совок» — фирма по уборке, которая со временем превратила маму кузин в настоящую предпринимательницу.
Пинки сразу же метнулась в подвальный этаж к бассейну без воды и издала радостный детский крик:
— Я тоже хочу с вами играть!
Она спустилась в бассейн. И так разволновалась, что грудь ее почти вываливалась из узкой блестящей майки. Споткнувшись, она упала на длинный кусок шелка, в который завернулась Дорис, изображавшая даму из гарема.
— Здравствуйте, — сказала Дорис Флинкенберг и протянула Пинки руку.
— Это Бомба Пинки-Пинк, — вежливо представила Сандра, она не хотела вновь обидеть Пинки и постаралась представить ее достойным образом. — Она по профессии стриптизерша.
Но Пинки снова оскорбленно зыркнула на Сандру:
— Надо говорить «приятельница папы». И никак иначе.
— Но стриптиз, — прицепилась Дорис, стараясь казаться светской, — это же так интересно! Это, наверное, очень трудная работа. Расскажите поподробнее.
Дорис решила, что из этого рассказа выйдет отличный проект для школы, она сделает его одна без чьей-либо помощи и назовет: «Профессия — стриптизерша». Этот проект навсегда закроет Дорис Флинкенберг доступ в тот класс, куда Сандра Вэрн довольно скоро перейдет из французской школы, в совершенно обычной средней школе в центре Поселка.
Так это все и было, во всяком случае — почти. Сандра и Дорис встретились, подружились и стали играть вместе. Стали лучшими подругами в своем собственном маленьком мире.
У них было много игр, долгих игр. И ни один посторонний не увидел бы в них смысла.
Но некоторые игры все же выделялись. Были две большие игры, две главные. Одна была игрой Сандры, она основывалась на ее рассказе о своей жизни. Другая — игра Дорис, и она основывалась не столько на жизни Дорис, но на событиях, которые происходили вокруг нее. На том, что когда-то случилось в Поселке. На одной страшной истории.
В эти игры нельзя было играть одновременно — только по очереди и по порядку. Первая игра была в Лорелей Линдберг и Хайнца-Гурта, а вторая игра называлась «Таинственная история американки».
И все должно было основываться на реальных фактах. Все должно было быть правдой.
Первая игра в Лорелей и Хайнца-Гурта началась так.
— А где же твоя мама? — спросила Дорис Флинкенберг Сандру на другой день, точнее, в один из первых дней, когда они оказались вместе в доме на болоте. Они были в кухне, пришли перекусить — Дорис постоянно нуждалась в таких «перекусах», — на них были костюмы от предыдущей игры, которая им уже наскучила.
— Что случилось?
— Пришел один человек и забрал ее, — ответила Сандра уклончиво.
— Ангел? — спросила Дорис Флинкенберг с надеждой.
Сандра многозначительно хмыкнула.
— Ангел Смерти? — попыталась помочь ей Дорис. — Лиз Мааламаа?
— Тсс! — донеслось с лестницы, которая вела в подвал, где мама кузин яростно начищала воском ступени, чтобы они вновь стали такими же блестящими и скользкими, какими были при Лорелей Линдберг.