та закона о создании бесплатной медицинской системы, вы
двинутого конгрессменом Ричардом Герхардтом, компания
IBM разослала письма 110 тысячам своих работников, реко
мендуя им звонить в Конгресс и требовать снятия законо
проекта с голосования. Работники IBM были свободны в сво
ем выборе — или подчиниться требованиям корпорации, или
потерять работу.
Протест изначально обречен: в условиях свободного рынка
человек, чтобы выжить, должен полностью и беспрекословно
подчиниться писаным и неписаным законам экономики, дик
туемых самыми сильными. Самые сильные, корпорации, со
здают условия труда, в которых работник, чтобы выжить,
должен следовать правилам корпоративной дисциплины, на
поминающей армейскую.
Американских солдат принято называть GI, ( Government
Item), что расшифровывается как «государственное имуще
ство». Свободный американский гражданин не является иму
ществом государства, он принадлежит экономической маши
не. В армии поведение солдата контролируется системой на
казаний. В экономике поведение работника контролируется
гораздо более эффективно: кнутом и пряником, угрозой
увольнения и системой привилегий, бонусов, 13й зарплатой,
акциями компании. Рамки свободы для отдельного человека
внутри системы определяет корпоративная экономическая
система.
Декларация Независимости, в триаде «Свобода, Равенство
и Право на поиски счастья», ставит в этом перечислении Сво
боду на первое место. В практике жизни это не более чем
иллюзия, и она не перестает быть иллюзией от того, что ее
разделяет большинство так же, как миллионы советских лю
дей, распевавших «Я другой такой страны не знаю, где так
вольно дышит человек».
« Здесь можно делать, что хочешь, пишет Шоссет, рус
ский иммигрант, видевший Америку 70х годов, как бы пов308
Глава 16. Свобода личности или свобода индивида
торяя впечатление Горького об Америке начала века, "...но
нет ощущения свободы, <…> а в НьюЙорке — типичные лица с
ленинградского эскалатора. Поджата нижняя челюсть,
выраженья нет. Они устали. Какая уж тут свобода. <...> …
здешняя жизнь похожа на то, каким представляли социализм
будущего гдето в 30х годах. Только что все на деньгах, как
средстве управления, держится, а результаты те же».
Советский и фашистский режимы отчетливо и ясно форму
лировали в своей пропаганде подчиненность интересов отдель
ного человека интересам государства, так как в условиях ин
дустриального общества индивидуальная свобода должна быть
подчинена интересам экономического и социального развития.
У экономической демократии те же цели, но она никогда не
говорит о них открыто, демократия использует сложную сет
ку подстановок.
«Средний человек воспринимает свободу выражения
желаний, запрограммированных в нем обществом, как
истинную, индивидуальную свободу. Он не видит
конкретных сил или людей, которые командуют его
жизнью. Свободный рынок невидим, анонимен и, сле
довательно, человек делает вывод, что он свободен».
(Эрих Фромм)
С одной стороны, свободная экономика освобождает работ
ника от диктатуры государства, от давления семейного клана,
от связывающей его действия устаревшей традиционной мора
ли. С другой, она освобождает его от тех духовных, интеллек
туальных и эмоциональных потребностей, которые не уклады
ваются в стандарты экономической жизни.
Индивид, прошедший обработку массовой пропаганды и
массовой культуры, уже неспособен понять, что у него есть
потребности, кроме тех, которые ему навязывает рынок и, хо
тя он имеет больше видов физической свободы и независимо