Глава шестнадцатая
Дубовая дверь в кабинет уже виднелась впереди, а Мария все еще раздумывала, выказывать Франко свое раздражение или использовать обаяние и отвлечь от работы. С одной стороны, было бы разумнее, если бы она…
– Telefono… dodici uomini… Firenze…
За закрытой дверью послышался громкий голос Франко, он отвлек Марию от раздумий. Неужели эти двое еще не закончили? Мария хотела было постучать, как снова донесся голос мужа. В этот раз он почти кричал:
– Questo e colpa nostra!
Уже взявшись за ручку, Мария озадаченно остановилась перед дверью. Она еще никогда не слышала, чтобы муж так кричал. Внезапно ее обуяли сомнения: может, это плохая идея, не стоит ему сейчас ничего решать? Франко упоминал, что в эти дни корабль «Фиренца» с грузом вина семьи де Лукка отправляется в Нью-Йорк. Что с ним случилось? За что он винит себя?
– Annegati?
Утонули? Короткий вопрос графа прозвучал как удар плетью.
– No, soffocati!.. Firenze… una mancanza d’aria nel con-tenitore!
Мария нахмурилась. Кто же утонул? Слишком мало воздуха в грузовом ящике… В каком грузовом ящике?!
– …una morte misera! …dodici uomini soffocati, ca-pisci?!..
…Ужасная смерть? Двенадцать мужчин во время путешествия… задохнулись? Правильно ли она поняла, а может, слабое знание итальянского языка сыграло с ней злую шутку? О господи, должно быть, случилось что-то ужасное!
Мария сглотнула. У нее в горле встал ком, Мария ощущала грозящую опасность, как зверь чует надвигающееся ненастье. «Беги в свою комнату как можно скорее!» – кричал ей внутренний голос, предупреждая. Но вместо этого женщина, остолбенев, стояла, продолжая прислушиваться.
– Ci costeräuna barca di soldi!
«Старый граф, как обычно, волнуется из-за денег, а сын на грани нервного срыва?» – У Марии все вдруг прояснилось в голове.
– …una morte misera… questo & colpa nostra! – снова закричал Франко. Наверное, он стоял прямо за дверью, так отчетливо слышался его голос.
– Я проклинаю тот день, когда я дал себя втравить в это дело! Сколько раз я умолял тебя положить всему этому конец? Деньги, деньги, деньги! Ты из-за них готов пойти на любой риск. И теперь это стоило жизни двенадцати человек!
Мария невольно зажала ладонью рот. Голова наполнилась назойливым жужжанием, теперь она была абсолютно уверена: людей перевозили вместе с грузом вина и во время путешествия они погибли.
– Siamo assassini! – теперь кричал Франко.
Мы убийцы…
В тот же миг дверь распахнулась, и Франко налетел на Марию.
– Мария!
Он в ужасе уставился на нее. Он был бледен как полотно, белки глаз покраснели. Потные пряди волос прилипли ко лбу.
От его вида страх, сжимавший сердце Марии, стал еще сильнее. Письмо к Ванде упало на пол, а она схватилась за живот в надежде, что боль, которая внезапно обрушилась, не сожрет ее. Контрабанда людей…
– Я… я… искала тебя.
Она смотрела на Франко распахнутыми от ужаса глазами. В его глазах она видела вину. Siamo assassini!
– Я не понимаю… Франко… Кто погиб? И какое отношение ты имеешь к… контрабанде людей? Франко!
Она потянула его за руку. «Это все не может быть правдой, – в панике подумала Мария. – Это кошмар, от которого я сейчас очнусь».
Франко смотрел в пол, его глаза были переполнены слезами. Он был не в состоянии ответить, а в это время за его спиной приближалась тень отца.
– Ты шпионила за нами? – с убийственным спокойствием спросил граф.
Мария лихорадочно переводила взгляд с мужа на свекра.
– Я хочу знать, что здесь происходит! – пронзительно вскрикнула она.
В тот же миг она подумала о ребенке в животе, которого могла испугать.
– Произошел несчастный случай… Но я позабочусь об этом… Я все исправлю и… – Слова изо рта Франко вырывались искаженными, словно он был пьян. – Я могу… тебе все… объяснить…
– Ничего ты объяснять не будешь! – вмешался отец и, посмотрев на Марию, сказал: – Все, что мы обсуждали, тебя не касается. Тебе не стыдно стоять под дверью и подслушивать через замочную скважину? Немцы все себя так ведут? Уходи в комнату, pronto! Мы с Франко здесь еще не закончили. И не вздумай хоть слово сболтнуть о том, что тебе здесь привиделось.
Он грубо схватил ее за плечи и хотел оттолкнуть, но Мария вырвалась.
– Не трогайте меня! – закричала она. – Если вы думаете, что можете запугать меня, то ошибаетесь! Я не совершила ничего противозаконного, в отличие от вас!
Она заметила удивление в глазах свекра: старик точно не ожидал, что она станет возражать ему. Она с отвращением отвернулась и взглянула на Франко. Почему он допускает, чтобы отец так обращался с ним?