— Похоже, этим подручным Лонга не нравится ваше гостеприимство янки? — заметил Шон.
Сэм продолжал улыбаться.
— Мелкие ракообразные ублюдки могут ползти раком обратно в свои пруды, болота, или как они их там называют.
— Вы поглядите, кто тут начал крамолу наводить. Погодите, похоже, шоу начинается.
На трибуну поднялся крупный мужчина в кепи Легиона и тёмно-синем костюме, трещавшем по швам. Тедди Карузо, член городского совета, и глава партийной организации округа. Зычный голос Карузо перекрыл гомон мужских голосов — у женщин была своя партийная организация, и собирались они в другое время — а, когда со стороны толпы послышалось ворчание, он произнёс:
— Хорош, уже, рассаживаемся, пора начинать…
Вошёл Лоуренс Янг, своей лучезарной улыбкой демонстрируя готовность к суровому миру политики. Он ненадолго подошёл к Тедди и что-то прошептал ему на ухо. Оба улыбнулись в адрес двух южан, что сидели неподалёку.
Шон произнёс:
— Вижу, поднялся ваш прославленный тесть, представитель правящего класса, готовый подавлять нас, работяг. Почему бы вам не подняться к нему, и от всей души не пожать руку?
— А какого хера ты лезешь не в своё дело? — огрызнулся в ответ Сэм.
— Ну и ну, похоже, мистер Янг и его любимый зять не в ладах, — успокаивающе произнёс Шон. — Раз уж такое дело, занимайте очередь. Вы тут не один такой, кто его презирает. Взять, к примеру, нашего босса.
— Правда? Я, конечно, в курсе, что они не лучшие друзья, но…
— Ой, перестаньте, Сэм. Для полицейских здесь работы больше, чем на улицах. Надо посмотреть за улицы, в кабинеты, что на них смотрят, и на их обитателей. Вроде наших мэра и маршала. Оба они тянутся к власти, обоим нравится состоять в Партии, и оба совершенно не доверяют друг другу.
— Даже, если они оба — члены Партии?
— Особенно, если они члены Партии, — уверенно произнёс Шон. — Сэм, друг мой, слушайте и учитесь. Внутри любой фашистской организации существуют фракции, которые борются друг с другом. В Германии это СС и гестапо. Здесь это «нацики» и «штатники».
Толпа разразилась рёвом смеха.
— «Нацики» и кто? — переспросил Сэм.
— «Нацики» и «штатники». «Нацики» — это сокращенно от «националисты», а «штатники» — от «штатов». Наци убеждены, что нужно во всём поддерживать партийную организацию, а уж потом заботиться о нуждах штатов и страны в целом. «Штатники» считают, что в первую очередь, нужно поддерживать свой штат и свой народ. Хэнсон — нацик. А мэр — штатник. Как-то так. Мэр считает, что маршал слишком увлеченно слушает национальную организацию, а маршал считает, будто мэр больше прислушивается к бедолагам-пехотинцам на улицах. Они борются за влияние, Сэм, ищут союзников, чтобы полностью контролировать окружную партийную организацию, а со временем, организацию всего штата.
Пиво стало безвкусным. Он точно знал, что происходило между боссом и тестем — как и сказал Шон, и маршал и мэр искали союзников, которые помогли бы им в их борьбе, поэтому, почему бы не иметь на своей стороне Сэма Миллера, дабы тот копал под одного из них?
— Как по мне, слишком много политики, Шон. Давай, лучше поищем место, ладно?
— Да, Сэм, конечно, — ответил тот. — Послушайте. Пускай, посвященные идут вперед. Мы сядем подальше, а когда всё закончится, выйдем первыми.
— Звучит толково, — сказал Сэм.
Они с Шоном подождали, пока большая часть собравшихся займёт раскладные стулья, и затем сели в последний ряд. Шон передвигался с ярко выраженной хромотой, которая и являлась настоящей причиной того, что он работал в департаменте полиции, а не на верфи. Два года назад сваренный кусок металла сломал ему левую стопу, отчего он три месяца пролежал в госпитале. Как Шон поведал Сэму, эта балка была «случайно» сварена кем-то, чей брат на следующий же день занял место Шона.
Садясь на место, Сэм вспомнил и другие слова Шона: «Когда встаёт выбор между работой и жизнью, всегда оглядывайтесь, Сэм».
Глава десятая
Едва все в зале сели, крупногабаритный мужчина заставил людей снова подняться для произнесения «клятвы верности». Сэм медленно встал, в нескольких рядах впереди послышалась ругань, кто-то пнул бутылку пива. Сэм посмотрел в дальний конец зала, где на флагштоке возвышался американский флаг. Вместе с остальными, с началом ритуала, он вытянул вперёд правую руку в традиционном салюте.
Клянусь в верности…