От того, что я услышал от освобожденных из ямы изодранных, тощих, голодных людей, у меня чуть волосы на заднице не поседели. Полностью перечислять их злодеяния было бы бессмысленно, достаточно сказать, что разнообразию придумываемых мучений, позавидовали бы как древние китайцы, так и средневековая инквизиция. Итог же был у всех пойманных один - смерть. И неважно как, от пули, ножа, под колесом автомобиля, в постели озверевшего садиста, а многие из которых не брезговали детьми, или от наиболее любимой этими нелюдями казни, когда измученного, обессиленного человека, часто с помутившимся от издевательств разумом, вывозили в прерии, и оставляли там. Блин, все могу понять, но издевательства, это уже слишком!
Также в результате расследования выяснилось, что предводитель этой шайки-лейки был жив и здоров, попросту решив затеряться среди общей массы своих бывших подчиненных. Освободив пленных, и раздав им все имевшееся у бандитов, мы приступили к осуществлению правосудия. Толстого, с противной рыжей рожей аборигена, я собственноручно повесил голой спиной на огромный придорожный кактус - как делали осаждавшие нас "Покаявшиеся". Остальных бандитов, которых насчиталось сто тридцать восемь человек, невзирая на пол, возраст и цвет кожи, связали, и выложили аккуратненько по шоссе.
Переложив тела Факира и Дылды, погибших в дозорном автомобиле в холодильник к Мурату, а так же разгрузив и подорвав поврежденную бронемашину, мы двинулись дальше. Дозорным теперь стал шедший ранее в середине колонны "Тигр", к замыкающей машине я прицепил длинный металлический трос, противоположный конец которого крепился к кактусу с висевшим извергом. Автомобили шли небольшим уступам, моряки такое построение называют "пеленг", по телам - первый отдавливал ступни, второй чуть выше, третий, еще выше, и так далее, а замыкал шествие буксируемый кактус с бывшим главарем.
Кроме ребят, погибших в дозоре, человеческих потерь мы не имели, и можно было сказать, что наша колонна вышла сухой из воды, однако это было не совсем так. Из двадцати человек моей группы, в строю оставалось семнадцать, и это на две сотни эвакуируемых!!! Еще было жалко ребят - конечно, когда мы сюда отправлялись, то прекрасно осознавали весь риск, связанный с этим мероприятием, но все равно было жалко. Знал я и другое - на этой земле нам еще придется терять людей, своих людей, но одно дело знать, что это рано или поздно будет, и совершенно другое прочувствовать такую потерю. Да, похоже, я начинаю сдавать позиции, а значит, пора сворачиваться, вот заберу Мастера и Чику у Сэма, и будем потихоньку валить на Родину.
Колонна уже приближалась к Далласу, когда на меня вышел Учетный, и, пожурив меня своим беспристрастным голосом за отставание в полтора часа от расчетного времени, предупредил о том, что встречать он приедет лично, собственно, как и продолжать дальнейшую беседу. Я в свою очередь, сообщил ему, что имею трех двухсотых, которых тоже надо будет отправить домой. Собеседник пообещал решить этот вопрос, и на этой ноте, мы с ним попрощались.
25 Глава.
Знакомый пригород уже не встречал нас постом, и мы, не останавливаясь, направились к своей перевалочной базе. А спустя десять минут, подкатил на "Варане" и Учетный с тремя "Тиграми" сопровождения.
Попрощавшись со своим "гаремом", и обменявшись контактными данными, я отправился беседовать с Учетным. И естественно, уже не застал, как отправляли студентов под конвоем из двух "Тигров" на аэродром.
Новый куратор оказался примерно моим ровесником, а поскольку от него просто несло спецслужбами, я понял, что россияне за дело взялись основательно, по крайней мере, этот человек сто процентов являлся ДЕЙСТВУЮЩИМ - слишком молод он был для бывшего.
- Чай, кофе? - Спросил я, когда мы остались с ним на кухне одни.
- Нет, спасибо. Я хотел бы сразу перейти к делу, и выслушать от вас ПОЛНЫЙ доклад обо всем произошедшем.
- Ну что ж, - сказал я, - начну, пожалуй, с того момента, как моя группа, по приказу Бугра, выдвинулась на блокирование дороги.
С абсолютно безучастной физиономией, Учетный слушал мое повествование о событиях минувшей недели, если быть точнее, то полутора недель, изредка уточняя детали. А я, по мере приближения доклада к месту встречи с бандой Сэма, лихорадочно обдумывал чем обосновывать причину моего сговора с чернокожим бандитом, и, не найдя ничего лучшего, заменил хранилище драгметаллов на ракетную базу с ядерным оружием. Собеседник при этом, по всей видимости, прихренел, хоть вида практически не подал, но по дернувшемуся уголку рта, я понял, что сморозил глупость.