И наверняка это была бы и моя причина для нервоза, но не сегодня – теперь эта сущая мелочь. Если верить словам матери – меня ожидает ее один выпускной бал. Вторая попытка, если сегодня все полетит крахом. И по сути, сегодняшний вечер меня уже никак не касается, потому что через пару месяцев мне предстоит опять чертова школа. Старший класс американской классической школы из американских классических фильмом про американских классических подростков
Вот же блин.
-Все хорошо, и я вам доверяю, - ободряюще улыбаюсь, хотя приободрить не мешало бы сейчас меня, - просто общий мандраж. Это же важное событие в жизни любого школьника.
-Верно милая. – больше она ничего не говорила, оставив меня варится в котле из собственных мыслей.
Волосы мне уложили в низкий хаотичный пучок с прямым пробором и нанесли макияж вечерний нюдовый, с водостойкой тушью. Платье мы с мамой выбирали вместе, долго и нудно. Почти белого цвета с небольшим крупным кружевом, ткань самого платья полупрозрачная, на тонких бретелях, с V-образным глубоким вырезом, начиная от талии к низу расширяется - становится легким, свободным, струящимся, и справа разрез почти до бедра, который видно при ходьбе. Босоножки бежевого цвета, на высоченной шпильке, и, возможно, я даже не сверну себе шею.
Ну в общем-то идеально.
Смотрю на себя в зеркало и не верю своим глазам - передо мной стоит красивая, взрослая девушка (и я не про возраст), мама подходит со спины, становится рядом и я вижу в ее глазах слезы.
-Мам, только сырость не надо разводить, посмотри на себя, какая ты красивая, не порть макияж, я же не замуж выхожу в конце то концов.
-Просто не верится, что моя дочь уже такая взрослая. Время пролетело, а я и не заметила когда. Все, поехали, а то опоздаем.
Мама решила, что отвезет меня сама, чтобы ничего не случилось. Отворачиваюсь к окну смотря на городскую суету, все куда-то бегут, опаздывают, а я раздумываю над тем, как через два дня я буду за океаном, моя жизнь изменится, и меня пугает неизвестность, единственный человек, который у меня там будет – мама.
Настроение отстой.
Мы подъезжаем к школе, меня всю трясет, приходится сжать и разжать пальцы и встряхнуть, а то похожа на алкоголичку. На дорожке подъездной меня уже ждет Кирилл, Оля и Андрей (парень Василька). Я натягиваю фальшивую улыбку и цокая каблуками направляюсь к ним.
Я вижу с каким восхищением на меня смотрит Кир, блеск и любовь в глазах, на губах теплая улыбка. Капец полный! И мне предстоит этому ангелу разбить сегодня сердце. Я точно напьюсь, хотя после последнего раза говорила, что больше пить ни-ни. Бывает, да.
-Привет, моя радость! Наконец-то, не мог дождаться встречи! – парень подлетает ко мне и начинает кружить, а я встречаюсь глазами с мамой, она поджимает губы, и мы смотрим друг дугу в глаза при каждом вращении, и понимаем все без слов, я вижу, как ей жаль. И мне жаль.
-Привет, мой хороший, я тоже рада тебя видеть. – в легком поцелуе касаюсь его губ, чтобы не сильно измазать его помадой.
-Я приготовил для тебя подарок, только открой его дома. – он отдает мне коробочку. Решила тоже сразу вручить свои. Оля пустила слезу. Кирилл стал обнимать меня еще крепче.
Наши родители сделали, наверное, тысячу наших совместных фоток и потом я точно скажу маме спасибо за это, когда буду лежать в американской комнате типичного американского школьника на большой кровати и тосковать и плакать, и вытирать сопли об плюшевый покрывало.
-Ну что, пойдемте? Пара вступать во взрослую жизнь. – и мы под общий смех двинулись внутрь.
Мы с Васильком пьем мартини и выпито уже прилично, парни виски. И конечно это все скрыто от педагогического состава и не спрашивайте, как мы всё пронесли.
Мы все выходим в беседку, вечерний прохладный воздух помогает отрезвить мозги и взять себя в руки, но по мне все равно проходит дрожь.
Срывать пластырь нужно быстро.
-Мне нужно вам рассказать одну новость. Только пожалуйста, не перебивайте меня и просто послушайте. – меня тут же охватывает паника и я начинаю комкать подол платья в руках.
Три пары глаз уставились на меня.
-Ровно через сутки мы с мамой будем сидеть в самолете, навсегда улетая на другой континент. – как драматично вышло, однако.
У всех троих глаза делаются все больше и больше, сидят смотрят на меня как на приведение, у Оли начинают течь слезы и рот открывается и сразу закрывается, а у Кирилла сильно вздымается грудь, дышит тяжело и часто, будто пробежал длительную дистанцию.
-Что ты сказала? – выпаливает Кир и я слышу, как у него голос дрожит.
Получается слишком трагично. Слишком. Сдерживаюсь из последних сил, чтобы не разреветься.