Кемпер улыбнулся:
— Ты ответишь: «Да, это есть». А седеющий характерный актер, которого мы подсадим в толпу, скажет:
— И, сынок, ты потратил время не зря!
Джек расхохотался. Тут Кемперу пришла в голову мысль: у Джианканы и Траффиканте есть обширные сферы влияния в Западной Вирджинии.
— У меня есть кое-какие тамошние знакомые, и они могут тебе помочь.
— Ну, тогда самым наглым образом сделай меня их должником; надо же, чтоб когда-то и меня постиг фамильный рок — сделаться продажным ирландским политиканом.
Кемпер рассмеялся.
— Ты все еще нервничаешь. И еще — ты сказал, что хотел побеседовать со мной, что предполагало серьезный разговор.
Джек откинулся в кресле и стряхнул со свитера хлопья фальшивого снега:
— Мы тут все думаем о мистере Гувере. И о том, что он знает историю рождения Лоры.
Мгновенно проснулся «адвокат дьявола»:
— Он знает ее уже много лет. Он знает, что я встречаюсь с Лорой, и раскрыл мне тайну ее происхождения раньше, чем она сама.
В комнату вбежали детишки Бобби. Джек выгнал их вон и толкнул дверь ногой, чтобы та закрылась.
— Этот маленький поц — чертов старый извращенец.
Кемпер немедленно начал импровизировать:
— Также ему известно обо всех твоих откупах предполагаемым мамашам твоих детей и о большинстве твоих более или менее постоянных подружек. Джек, я — твоя лучшая защита от мистера Гувера. Я ему нравлюсь, он доверяет мне, и все, что ему нужно, — удержаться на своей должности, если тебя выберут президентом.
Джек потер ямочку на подбородке:
— Папа почти убедил себя, что это Гувер подослал тебя, чтобы ты шпионил за нами.
— Твой папа — не дурак.
— Что?
— Как-то Гувер прознал, что я намеренно провалил одно расследование угонов машин, и вынудил меня досрочно уйти в отставку. Я решил устроиться в Маклеллановский комитет по собственной воле, и Гувер принялся следить за мной. Когда он узнал, что я встречаюсь с Лорой, он попросил меня собирать информацию и о всех вас. Я отказался, на что он сказал: «Ты — мой должник».
Джек кивнул. Весь его вид сказал: да, я в это поверю.
— Папа нанял частного детектива, чтобы тот следил за тобой в Манхэттене. Тот выяснил, что ты снимаешь номер в «Сент-Реджисе».
Кемпер подмигнул:
— Твой образ жизни заразен, Джек. У меня есть пенсия, ваша зарплата и дивиденды от акций; к тому же я ухаживаю за дорогой женщиной.
— Ты что-то слишком часто бываешь во Флориде.
— Гувер заставил меня следить за тамошними группировками сторонников Кастро. Я же его должник.
— Так вот почему ты так хочешь, чтобы я включил пункт о кубинской политике в свою предвыборную программу.
— Именно. Я искренне считаю, что этот Кастро чертовски опасен и представляет собой настоящую угрозу безопасности США, так что я полагаю, что тебе надо будет придерживаться жесткой политики в его отношении.
Джек зажег сигару. Весь его вид говорил: слава Богу, все закончилось.
— Я передам папе, что все о’кей. Однако он хочет, чтобы ты кое-что ему пообещал.
— Что именно?
— Что не женишься на Лоре в ближайшее время. Он опасается, что репортеры могут проявить излишнее любопытство.
Кемпер вручил ему перстень.
— Отдаю на хранение. Я собирался сегодня вечером сделать ей предложение, но теперь, полагаю, мне стоит подождать, пока тебя не изберут.
Джек сунул его в карман:
— Значит, теперь тебе нечего дарить на Рождество?
— Подыщу что-нибудь в Нью-Йорке.
— Вон там, под елкой, брошка с изумрудом. Лоре зеленое идет, а от Джеки не убудет.
39.
(Саут-Бенд, 25 декабря 1959 года)
Литтел сошел с поезда и проверил: не следят ли за ним.
Прибывающие-уезжающие не вызвали у него никаких подозрений: студенты из колледжа Нотр-Дам и нетерпеливо ожидающие родители. И какие-то девчонки-чирлидеры, совсем озябли, бедняжки — шутка ли, размахивать помпонами в коротеньких юбочках в десятиградусный мороз.
Толпа рассеялась. Никто из шатавшихся на платформе не сделал попытку приблизиться к нему. Словом, Призрак и сам, похоже, начинает видеть призраков.
Видимо, мания преследования — это один из симптомов алкоголизма. А щелчки на линии во время телефонных разговоров — просто-напросто взвинченные нервы.
Он разобрал оба телефонных аппарата в своей квартире. Никакой прослушки он не нашел. Мафия не могла установить прослушку на наружных аппаратах — это могли сделать только правоохранительные органы. А тот тип, что на прошлой неделе якобы следил за ним и Мелом Чамалесом в баре, наверняка был всего лишь тамошним завсегдатаем, привлеченным их «левыми» разговорами.