Высокие волны прибоя с пенистыми барашками подталкивали баржу к пристани. Пассажиры пускали в ход локти и кулаки — каждому не терпелось высадиться первым.
Кемпер снял свой револьвер с предохранителя:
— Где мы будем их держать?
Бэнистер махнул рукой на север:
— Управлению принадлежит один мотель на Бойнтон-Бич. Администрация придумала историю про дезинфекцию помещений и выселила всех постояльцев. Поселим этих красавцев по шесть в номер и посмотрим, кто из них нам может пригодиться.
Беженцы завопили и замахали американскими флажками на палочках. Тео Паэс готовился к решительному рывку.
Начальник таможенников заорал:
— Готовьсь!
Баржа стукнулась о доски пристани. Паэс спрыгнул. Кемпер и Стэнтон схватили его в охапку.
Подхватив его под руки, они побежали. Бэнистер бросился им наперерез:
— Задержание по приказу ЦРУ! Он наш!
Прозвучал предупредительный залп. Беженцы пригнулись и закрыли голову руками. Таможенники ухватили баржу крюками и прикрепили к сваям.
Кемпер быстренько провел Паэса сквозь толпу. Стэнтон побежал вперед и открыл дверь домика для допросов.
Кто-то закричал:
— На борту труп!
Они затолкали свою добычу внутрь. Бэнистер запер дверь на ключ. Паэс рухнул на доски пола и принялся целовать их.
Из его карманов выпали сигары. Бэнистер поднял одну из них и понюхал обертку.
Стэнтон отдышался:
— Добро пожаловать в Америку, мистер Паэс. Мы слышали о вас много хорошего и очень рады приветствовать вас здесь.
Кемпер открыл окно. Мимо на каталке провезли мертвое тело — буквально истыканное ножом с ног до головы. Таможенники выстроили беженцев в шеренгу — всего человек пятьдесят.
Бэнистер поставил на стол магнитофон. Стэнтон спросил:
— У вас на борту кто-то умер?
Паэс упал на стул:
— Нет. Это была казнь политического преступника. Мы заподозрили, что этот человек был депортирован в качестве антиамериканского шпиона. При допросе он признался, что это правда. И мы поступили соответственно.
Кемпер сел.
— Вы отлично говорите по-английски, Тео.
— Я говорю на медленном и подчеркнуто формальном английском, трудолюбиво выученным мной. Носители языка говорят мне, что иногда я ошибаюсь и допускаю смешные недолепости и искажения.
Стэнтон пододвинул стул ближе..
— Ну, тогда поговорите с нами сейчас, ладно? У нас есть для вас славная квартирка, и чуть погодя мистер Бойд вас туда отвезет.
Паэс кивнул.
— Я в вашем распоряжении.
— Отлично. Джон Стэнтон, кстати. А это — мои коллеги, Кемпер Бойд и Гай Бэнистер.
Паэс пожал им руки. Бэнистер сунул в карман остальные сигары и включил магнитофон.
— Не желаете чего-нибудь перед тем, как мы начнем?
— Нет. Я хочу, чтобы первым, что я съем в Америке, был сэндвич из закусочной Вулфи на Майами-Бич.
Кемпер улыбнулся. Бэнистер рассмеялся. Стэнтон спросил:
— Тео, Фидель Кастро — коммунист?
Паэс кивнул:
— Да. Бесспорно. Он — коммунист и в словах, и в делах, и моя давняя сеть студентов-информаторов сообщила мне, что уже несколько раз поздней ночью в Гавану прилегали самолеты с русскими дипломатами. Мой друг Уилфредо Олмос Дельсол, который также был на борту, запомнил номера рейсов.
Бэнистер зажег сигарету.
— Че Гевара подался в красные давным-давно.
— Да. И брат Фиделя Рауль сам является коммунистической свиньей. Больше того, он — лицемерен. Мой друг Томас Обрегон говорит, что Рауль продает конфискованный героин богатым наркоманам и в то же самое время лицемерничает и изрыгает коммунистические лозунги.
Кемпер просмотрел выданный таможенниками список:
— Томас Обрегон тоже был на борту.
— Да.
— Откуда у него может быть информация о торговле героином на Кубе?
— Оттуда, мистер Бойд, что он сам занимался торговлей героином. Видите ли, пассажиры, прибывшие вместе со мной, в большинстве своем представляют собой преступников и подонков. Фидель хотел избавиться от них и сбагрил их Америке в надежде на то, что они будут заниматься своим ремеслом на ваших берегах. А вот того, что коммунизм — большее преступление, чем торговля наркотиками, кражи или убийства, он так и не понял; как и того, что даже преступники могут быть истинными патриотами и желать освобождения своей страны.
Стэнтон принялся раскачиваться на стуле.
— Мы слышали, что Кастро захватил отели и казино, принадлежащие мафии.
— Это правда. Фидель называет это «национализировать». Он украл у мафии казино и сотни миллионов долларов. Томас Обрегон рассказал мне, что знаменитый американский гангстер Санто Траффиканте-младший сейчас содержится под стражей в «Насиональ отель».