Выбрать главу

Его ноздри немного расширились, когда она произнесла его имя. Передняя часть его одеяния выдавалась вперёд, явственно давая знать о его возбуждении. Он обхватил своей большой ладонью её за шею и привлёк к себе. Опустившись губами к ее лбу, прикоснулся к коже легким поцелуем.

— Позволь нам доставить тебе удовольствие, Огюстина. Позволь нам прикоснуться к тебе, попробовать тебя, поделиться с тобой нашими телами.

Огюстину сначала обдало холодом, а потом затопило горячей волной. Они хотели доставить ей удовольствие. Оба!

Жар растекался по ее коже. Все нервные окончания покалывало. Такого просто не могло быть.

Но это происходило.

Потому что это был сон. Чудесный, восхитительный, эротический сон.

Никогда, за всю её жизнь, у неё не было сна, реальнее этого. Ожив, все её тело пульсировало от желания, от сдерживаемой сексуальности. Она таила её так долго, даже слишком долго. Она хотела почувствовать их мозолистые руки на своей коже, прикосновение их языков к своей набухшей плоти, жёсткий натиск их членов, входящих и выходящих из её лона.

Если бы это происходило в действительности, то у нее никогда не хватило бы решимости на такое. Хорошо, может она и набралась бы храбрости получить желаемое, но с одним из них, а не с обоими сразу. Но это был сон. Понятий «правильно» или «неправильно» здесь не существовало. Не отводя глаз от Рорика, она кивнула.

— Да.

— Пусть будет так, — прошептал Рорик, покрывая жадными поцелуями её подбородок. Его большие ладони, проникнув под её майку, сдвигали её наверх, в то время как пальцы ласкали ее туловище. Она думала, что он коснется ее грудей, хотела, чтобы коснулся. Но он продолжал толкать майку вверх. Автоматически подняв руки, она разрешила ему стянуть с себя этот предмет одежды.

Огюстина подошла ближе, позволяя своим обнажённым грудям тереться о твердые выпуклости его груди. Закрыв глаза, она подавила стон, поскольку ее соски отвердели еще сильнее. Рорик слегка ухватил ее за плечи и отодвинул от себя.

— Я хочу видеть тебя. — Его голос стал хриплым и низким.

Огюстина открыла глаза и внимательно посмотрела на него. Хотя они только что встретились, для неё он не был незнакомцем, не для её души. Было так, будто она откуда-то знала его, но забыла. Что было совершенно немыслимо. Рорик был мужчиной, которого не смогла бы забыть ни одна женщина. Он был…слишком полон жизни, слишком притягателен, слишком ярко в нём проявлялась его мужская суть.

Его глаза сузились, когда он обхватил её груди руками. Её формы были не слишком пышными, а его ладони настолько большими, что полностью накрыли её груди.

— Твоя кожа такая нежная. Как тончайший шелк.

К ягодицам прижались ладони и сжали их. Огюстина взвизгнула, привставая на цыпочки. От этого её груди ещё сильнее уткнулись в ладони Рорика. Почему-то от его прикосновений она совершенно забыла о Кирсе. И это, сказать по правде, было невероятно. Как и его кузен, Кирс был весьма запоминающейся личностью.

Один мужчина сзади, другой спереди, полностью блокировали её. Но она не чувствовала ни малейшей опасности. Огюстина знала, что одно только её слово — и они отступят, предоставляя необходимое пространство. Она в этом не сомневалась. В конце концов, это был сон, её сон. И она была в состоянии его контролировать.

Как будто прочитав ее мысли, Рорик нагнулся и, захватив зубами её сосок, нежно прикусил его. Он тонко соразмерял свои прикосновения, сознавая собственную силу и точно зная, сколько её надо, чтобы доставить удовольствие. Огонь пронесся по ней от груди до самого средоточия её женственности. Она крепко вцепилась в его плечи, поскольку ее колени угрожали подогнуться под натиском чувств.

Кирс передвинул руки и засунул их под пояс ее пижамных штанов. Его ладони медленно заскользили по ее попке, сдвигая перед собой ткань. Огюстина не протестовала, когда он продолжил своё нисходящее путешествие. Неспешно лаская её бёдра, потом ямочки под коленями, он опустился до лодыжек, стянув на них пижаму.

— Перешагни. — Рорик помог удержать равновесие, пока она выполняла указание Кирса. Теперь она была полностью обнажена, в то время как оба мужчины все еще были одеты.

Огюстина всегда стеснялась своего тела. Оно было сильным, но не очень-то женственным. Средней величины грудь, и фигура без соблазнительных изгибов. Ей пришлось бороться с собой, чтобы не прикрыться руками. Так нечестно! Это же сон! Она не должна себя так чувствовать. Она ощутила, что ее лицо обдало жаром, и поняла, что покраснела. Нет, так дело не пойдёт!

Перейдя в наступление, Огюстина положила руку на пояс похожего на килт одеяния Рорика.