Пролог. Амина
***
- С днем рождения, сестрёнка! Мужа тебе хорошего и судьбы ласковой!
Звон дорогих бокалов, в тонком стекле которых отражается сияние тысячи маленьких бриллиантиков-звёздочек. Красивые элегантные женщины на этом празднике с ног до головы упакованы в камни, как в униформу. Все это смешит Амину, ей хочется поскорее уединиться с Катеринкой, университетской подружкой, что озорно подмигивает ей с того конца стола. Еще бы, им есть что обсудить: Серёжа наконец-то собрался с духом и открыл свои чувства, подарив Амине красивый и нежный букет орхидей сегодня на лекциях. "Ну, хоть в честь дня рождения перешли от вздохов к действиям", - улыбается девушка сама себе.
И снова объятия: щедрые и тёплые от брата с Софией, родителей; и сугубо деловые, формальные - от многочисленных друзей семьи и бизнес-партнёров отца. Амину это совсем не раздражает, она знает, что все эти приглашённые "нужны для дела", как всегда говорит папа. Вообще, их с Тимуром всю жизнь окружало большое количество людей, чьи имена они даже не трудились запомнить, но которые никогда не преминут отметить, что нянчили ребят с пелёнок. Сегодня девушке исполнилось двадцать лет, и как же прекрасна эта пора! Сердце выпрыгивает из груди от предвкушения завтрашнего празднования с подружками, от предстоящего в воскресенье долгожданного свидания с Сергеем, от того, что папа наконец-то сдался и позволил Амине самой сесть за руль! И в знак доверия к ней и признания, что она действительно уже выросла и может сама за себя отвечать, сегодня ей был подарен тот самый автомобиль, который она хотела! Ждала! Упрашивала. И вот он - её! И вся жизнь впереди, и весь мир перед ней открыт. Она с наслаждением кинула взгляд в одно из огромных полированных зеркал, коими были увешаны стены в этом шикарном ресторане. И как всегда, она увидела свои огромные, чуть раскосые смеющиеся глаза, которыми так часто восхищались мальчишки, парни, и даже зрелые мужчины.... Она и вправду считала глаза своим чуть ли не главным достоинством: теплые, карие, совсем как у бабушки, они так гармонично подходили к идеальному овалу лица и пышной гриве русых волос, так подчеркивали тонкие юные черты. Да, Амина полностью отдавала себе отчет в удивительной красоте, дарованной ей природой и родителями. На этой мысли она с нежностью и неприкрытым обожанием посмотрела на пару в центре стола: строгую, величавую, больше других выделяющуюся своей статностью и гармонией. Она обожала бы этот мир только за них двоих, всегда наполнявших её уверенностью в завтрашнем дне и неподдельной заботой.
Внимание её вернулось к своему отражению, она оценивающе оглядела платье, безукоризненно сидящее на легкой и гибкой фигурке. Амина удовлетворенно улыбнулась и подняла глаза. Взгляд её замер на паре светлых, каких-то манящих глаз стоящего за ней человека. Он замер в паре метров позади, и так же смотрел на неё в зеркало, как и она сама несколько секунд назад. Было что-то необычное в этом взгляде. Приковывающее внимание. Девушке показалось, что равномерный гул в ушах вытесняет из сознания музыку и смех, а люди двигаются как-то неестественно-медленно. Секунда - и человек резко двинулся дальше, в коридор, не оборачиваясь. Когда он скрылся из поля зрения, Амина даже не могла сказать, во что он был одет, и был ли лысым, высоким, угрюмым... Ничего, кроме того горящего, немигающего взгляда.
- Ами, девочка, сопроводи бабушку в уборную.
Она повернулась к бабушке - невысокой, полностью седой, но очень-очень красивой женщине, почтенной матери своего отца. Сегодня она была необыкновенно-празднично одета, а на шее у нее сверкало всеми спектрами и огнями, что только возможны, старинное ожерелье, их семейная реликвия. Амина знала, что если бабушка позволила достать его из сейфа, значит считает этот день чем-то совершенно особенным, исключительным. Она улыбнулась такому знаку внимания от бабули и взяла её под руку, словно подругу. Все в семье знали, как старается бодриться и держаться независимо Асият, и как сложно ей уже поддерживать прямую осанку и легкую моложавую поступь.
Вместе они неторопливо пробирались сквозь веселье и звон патетично соприкасающихся фужеров, расточали направо и налево белозубые улыбки. Почти все гости были знакомы между собой, поэтому разбрелись на группы по интересам и делились последними светскими новостями. Амине было привычно и комфортно в таком окружении, улыбки ее не были фальшивыми - здесь каждый жест был ей понятен и имел смысл. Да, это ее жизнь, жизнь ее родителей - привычная, выверенная годами. Такая, о которой половина ее одногруппниц могли только мечтать. Амина иногда разговаривала об этом со своим старшим братом, Тимуром, и они сходились в едином мнении, что весь внешний лоск, комфорт и безопасность - все, чем они могут беззаботно наслаждаться, целиком заслуга их многоуважаемого отца Дагира.
Неспешные размышления девушки прервала трель мобильного в её клатче. Вырвавшись из своих раздумий, она одной рукой продолжала придерживать Асият за локоть, второй попыталась достать смартфон. Бабушка с нежностью улыбнулась внучке:
- Ответь на звонок, дорогая. Я скоро вернусь, - и скрылась за дверью с роскошной золотой табличкой с нарисованным изящным женским силуэтом. Амина благодарно ей улыбнулась и ответила на звонок. Это оказалась Лиля, её университетская приятельница, которой не терпелось узнать нашумевшие в студенческом кафе новости о том, что Серёжа наконец сделал первый шаг к сближению.
Девушка отвечала на бесконечным потоком льющиеся вопросы, когда вдруг почувствовала движение воздуха сзади. Это было похоже на то, как если бы кто-то резко втянул носом воздух прямо над ее макушкой. Она тут же повернулась, но успела заметить только, как в сторону туалетов метнулось что-то белое, и хлопнула дверь, за которой до этого скрылась бабушка. Амина тут же выбросила то из головы и залилась веселым смехом в ответ на смелые предположения разошедшейся не на шутку Лили.