- Ты что это удумала?! Кто посмел?!... Сама? Так я тебя запру под «гребнем» горы, как преступницу! Опять взялась за старое? Уж не ребёнок! Женой тебе быть и всё тут! Пусть теперь муж учит уважать решения старших мужчин.
Амма села на край ободка рабочего каменного стола. Уткнувшись глазами в отшлифованную до зеркального блеска поверхность гранитного стола, Амма ждала момента, когда гневная тирада закончится. Она давала отцу возможность выпустить пар - выговориться. Дочь знала характер отца и их стычки заканчивались всегда одинаково - перемирием.
Обычно так и было, но не сегодня. Амма была настроена на словесную драку и хотела получить чёткие ответы на вопросы относительно своего будущего.
- Отец! Не рычи на меня! Я тебе не мама! Молчать не буду! Пойду сама на Большой Совет кланов и попрошу защиты. Ты меня знаешь - моё слово крепкое. Как ты сейчас сам сказал - скоро стану женщиной, женой демона. Конечно, ты прав - я давно не ребёнок и хочу ясности. Развей мои сомнения, прошу тебя!
- Что ты хочешь знать? - прохрипел обречённо мужчина.
- Очень подозрительно для всех твоё решение. Почему вдруг ты отдаёшь меня за демона? Моих поклонников распугал. Мне не разрешал ничего «лишнего». Опекал меня так, что над этим мои друзья зубы скалили да за животы хватались со смеха. Не ты ли говорил, что я достанусь самому достойному мужчине? Почему ты отдаёшь меня чужакам? Ты - всеми уважаем, глава клана, а принимаешь решение, которое смутило многих. Как к тебе оно пришло в голову?- возмущённо, почти прокричала девушка. Эйна замолчала, сделала паузу, давая отцу осмыслить ей сказанное. Потом, более спокойно продолжила:
- Я не уродина и достойных мужчин в кланах не мало. Почему им? Что ты знаешь сам о демонах? Об их родовых обычаях? О привычках, еде, языке? Кому поклоняются и что такое для них «жена»? Что ты знаешь о Самуэле? Уважаем ли этот клан в иерархии демонов? Тебе меня не жалко? За что ты со мною так, отец!? - и Амма хлопнула ладошками по столешнице. Спрыгнула с неё, и быстро подошла к отцу. Положила на могучую грудь руки. «Словила» голубые глаза отца своими и уже не отпустила. Глаза в глаза!
- Почему ты мне не доверяешь? Разве мы не семья? Разве я не уважала тебя? Разве не ты мне говорил, что дмеры должны брать в пару дмерку? Что обязаны и мы, и наши дети, и дети наших детей сохранить традиции и культуру? А наши секреты и наша исключительность? Мы же пришли со звёзд! Так что же изменилось сейчас?
- Есть причина, дочь. Просто поверь мне! Так надо! - произнёс тихо Сиятельный.
- Отец! Ты понимаешь, что я буду сама искать ответы? Ты этого хочешь?
- Ты упряма, но это не беда. Это не самое плохое качество для дмера, но я не хочу, чтобы все знали, что дочь Грота, не доверяет своему отцу. Я отвечу тебе, но с условием - после того, как я умолкну, больше ни одного вопроса! Слушай меня очень внимательно, дочь. Причина есть и она стара, как мир.
Это было давно. Я любил твою мать, но не сделал её счастливой. В этом моя вина. Мне было плохо от ухода твоей мамы за Грань. Я искал успокоения в своей душе и хотел заглушить чувство вины, которое терзало меня, как лютый зверь. Я пил, дебоширил, делал прочие непотребности. Кое - кто стал этому свидетелем. Мне стыдно и досадно, но я попался по глупости в капкан обязательств. Демоны умело, ловко опоили меня.
Я дал слабину, дочь, и нет мне прощения! Когда это произошло - тебе было мало лет. А позже...Я скрыл этот постыдный случай от тебя. Я думал, что бумажку, которую я подписал, не имеет силы, но... Они ловко затянули на моей шее удавку и спустя десять лет натянули её так, что нечем стало дышать!
Дочь! Я дал клятву и подписал некий документ, в котором есть один пункт.. Если я его нарушу, треть клана угонят в рабство, а наше имущество станет достоянием Владыки демонов и клана Утренней Зари. Твой брак с демоном - единственный выход и самое малое зло.
Он умолк и наступила давящая тишина, которую разбавляло только шипение и бульканье лавы в главном ковше.
- Прости своего старого отца, Амма, но за демона ты выйдешь замуж.
Он гладил её по голове и беззвучно плакал. Амма подпирала щекой его могучую грудь и тоже дарила солёную влагу в тёплую грудь отца.
- Хорошо - прошептали её губы.
Амма отстранилась и тихо двинулась к высоким каменным ступеням на выход ведущий вверх.
Добравшись до постели, девушка упала на неё тяжёлым кулем. Плакать хотелось, но больше - рычать, рвать! Выплеснуть наружу своё недовольство и обиду сейчас, сию минуту! Сжала подушку так, что ещё немного и от давления, натиска на материю она лопнет, а по комнате будет летать пух большой гаги. Она не замечала холода, который давно пробрался через вынесенное ею окно.