Глава 1: Пробуждение
Я хочу жить.
Эта мысль громко звучала в моей голове, словно только это имеет смысл. Темнота заполнила сознание, и глаза не подчинялись, отказываясь открываться. Тупая боль по всему телу мешала сосредоточиться, а ритмичный писк какого-то прибора, находящегося слева, над моей головой, набирал скорость. Тихие голоса вокруг смешались в однообразное месиво.
Что происходит?
— Она приходит в себя, — раздался незнакомый приглушенный голос, будто я находилась под водой. — Вам лучше отойти. Сейчас она может быть в состоянии шока и сбита с толку. Дайте ей время прийти в себя, не стоит ее пугать.
Захотелось нахмуриться, ведь я не понимала, о чем говорит мужской голос. И, кажется, у меня это почти получилось, мышцы лица едва уловимо дрогнули, начиная реагировать. Глаза наконец разомкнулись, но тут же возникло желание закрыть их обратно и зажмуриться от яркого света. Активно заморгала, пытаясь сморгнуть появившиеся слезы. Глазное яблоко жгло, а свет маленького фонарика еще больше его раздражал. Что-то щелкнуло, выключая это орудие пыток, и удалось сфокусироваться на силуэте высокого мужчины, склонившегося надо мной.
Темные волосы с заметной проседью на висках были уложены, морщинистое лицо с беспокойством всматривалось в мое. Его тяжелая рука опустилась на мое плечо.
— Я доктор Льюис. Вы слышите меня?
Сглотнув, попыталась ответить, но язык прилип к небу и совершенно не двигался, поэтому я просто кивнула, скривившись от головной боли.
Мужчина сказал, что он доктор. Я в больнице? Что случилось? Почему я здесь?
Доктор медленно и четко заговорил, проговаривая каждое слово так, чтобы до меня наверняка дошел их смысл:
— Помните, что произошло? — спросил мужчина спокойно, но я лишь моргнула. Не дождавшись от меня никакого ответа, он продолжил: — Все хорошо, не волнуйтесь. Пару дней назад вы попали в аварию и получили травму головы. Мы дали вам время прийти в себя.
Авария… я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить, как и когда это произошло. Сделав несколько осторожных вдохов, сфокусировалась на звенящей пустоте. Замотав головой, застонала, чувствуя непрекращающуюся боль в области правого виска, которая от резких движений только усиливалась.
Не знаю, был ли доктор Льюис телепатом, или же многолетний опыт помогал понимать меня без слов, но он понимал:
— Мы дали вам обезболивающее, но голова может болеть. Это нормально.
Тихий всхлип прорезал тишину палаты. Осторожно, пытаясь не совершать лишних движений, осмотрелась и заметила еще людей, которые находились в палате вместе со мной и доктором Льюисом.
Двое стояли рядом с кроватью, на которой я лежала. Женщина среднего возраста, со светлыми волосами, прикрывала рот ладонью, по ее щекам текли слезы, оставляя за собой темные дорожки потекшей туши. Несколько верхних пуговиц ее голубой рубашки, заправленной в белые брюки, были расстегнуты. Рука незнакомого мужчины, стоявшего рядом с ней, лежала на ее пояснице, нервно сминая шелковую ткань. Его лицо было хмурым, а взгляд — пока он слушал доктора Льюиса — напряженным. Скользнула по нему глазами, отметив, что мужчина очень высок и хорош собой. Рукава черного джемпера были высоко закатаны, а белая седина резко контрастировала на фоне темных каштановых волос. Мне сложно было сказать, сколько ему лет, но определенно старше, чем его спутница.
Чуть повернув голову, глянула на последнюю незнакомую личность в палате. Юная девушка, похожая на ученицу средней школы, сидела в кресле у стены. Со стороны выглядело, будто ей тут неуютно. Она сгорбилась, опираясь подбородком на сцепленные в замок руки. Темный каскад волос цвета горького шоколада спадал с ее плеч, почти полностью скрывая лицо и мешая как следует рассмотреть незнакомку.
Кто эти люди? Что их сюда привело?
— Кто-нибудь еще пострадал? — перебила их негромкий разговор, несмотря на режущее чувство в горле.
После этого вопроса все утихли и четыре пары глаз устремились на меня.
— Лилиан, что вы помните последнее?
Доктор, явно, обращался ко мне, что-то записывая.
— Я… — хрипло выдохнула и тут же остановилась.
Холодок пробежался по позвоночнику. Возникло ощущение, что я стою на краю обрыва, готовясь к прыжку.
— Ничего не помню — наконец пробормотала тихим дрожащим голосом, который звучал сейчас как скрип старой двери.
Слава дедукции, я догадалась, что мое имя Лилиан, ведь так ко мне обращался врач. Повторяя его про себя, поняла, что оно кажется мне знакомым, будто и правда принадлежало мне, хотя это казалось странным.
Да чего уж, здесь странно абсолютно все.