Прикрыв глаза, я наслаждалась музыкой и не заметила, как открылась дверца. Сладкий запах выпечки ударил в нос, и рот тут же наполнился слюной.
— Ты купил пончики? — я взяла протянутую коробку.
— Да, твои любимые. И кофе, — пара высоких стаканчиков тут же оказалась в подстаканниках. — Припаркуем машину и пойдем в парк, — сказал Алекс, хитро прищурившись.
Машина тронулась, и мой взгляд снова скользнул к боковому зеркалу. Черный внедорожник следовал за нами, но, когда мы свернули к обочине, он повернул в другую сторону. Облегченно вздохнув, я решила, что не стоит быть такой впечатлительной. В конце концов, за нами ехала не только эта машина.
Спустя десять минут мы сидели на широкой деревянной лавочке недалеко от Метрополитен-музея. На зеленой лужайке перед нами компания ребят играла в мяч, высоко перекидывая его друг другу. Вокруг было многолюдно: все наслаждались теплым весенним утром.
Я откусила кусочек масляного пончика в сахарной пудре, мои глаза прикрылись, и я замычала от наслаждения. Это был самый жирный и вкусный завтрак за последнее время. Намного лучше больничной еды.
— Вкусно? — дожевав свою порцию, поинтересовался Алекс.
Он сидел рядом, вытянув длинные ноги и скрестив их в лодыжках.
— Это божественно. Я чувствую, как он тает на моём языке.
— У Пита самые лучшие пончики в городе, — мужчина вытер салфетками руки. — Он спрашивал о тебе, ты частенько заходила раньше.
— Правда? — я покрутила половину пончика. — Они очень вкусные.
Думаю, что в скором времени наведаюсь туда ещё разок.
— На самом деле я удивлена.
Алекс вопросительно приподнял бровь, потягивая горячий кофе из своего стаканчика.
— Думала, что мы поедем в какой-нибудь вычурный ресторанчик и будем есть что-то дорогое, — пояснила я, пожимая плечами.
— Почему же?
— Ты не выглядишь как человек, который ест пончики, сидя на лавочке в парке.
Алекс засмеялся.
— И как же я выгляжу? Как любитель вычурных ресторанов?
— Возможно, — я тоже улыбнулась.
— Ты права, мне больше нравится по-другому проводить время. Но раз у меня появилось преимущество, чтобы тебя впечатлить, то я им воспользуюсь.
— Значит, это твой план? Пытаешься влюбить в себя, зная, что мне нравится?
— Чёрт, меня поймали с поличным, — Алекс усмехнулся, поднимая руки. — Виновен.
Потянувшись за своим стаканом, я сделала маленький глоточек. О да. Кофеин — это то, что мне сейчас нужно.
— Как мы познакомились? — спросила я, повернувшись к Алексу.
Мужчина опустил глаза, тёмные очки находились на его макушке, зачёсывая короткую чёлку назад.
— Мы познакомились четыре года назад, это был твой последний семестр, когда я приехал в Нью-Хейвен. Меня попросили выступить в университете с наставляющей речью, так как моя компания выделила деньги на стипендии. Я как раз шёл из одного корпуса в другой, когда увидел тебя. Ты сидела на траве, читая какую-то толстую книгу и раскачиваясь в такт музыке, играющей через наушники. Такая юная, красивая и беззаботная. Я забыл, куда иду и зачем, просто не мог оторвать от тебя глаз.
Мои брови приподнялись, но я молча слушала продолжение.
— Наверное, ты тогда почувствовала мой взгляд, потому что тоже посмотрела на меня и улыбнулась. Клянусь, я тогда влюбился в твою улыбку с ямочками на щеках. Понял это не сразу, но точно знал, что не уеду, пока не узнаю кто ты такая.
Алекс усмехнулся, снимая очки. Он положил их на лавку и сжал пальцами края. Его зелёные глаза нашли мои.
— Представь моё удивление, когда после выступления ты сама подошла и попросила мой номер. Я буквально остолбенел, шокированный подобным исходом. Такая яркая и уверенная в себе. Конечно, ты свела меня с ума. Мы начали встречаться, — я внимательно слушала, ища в себе какие-то отголоски, — а после получения диплома ты переехала в Нью-Йорк и начала заниматься открытием ресторана. Пару месяцев назад, на Рождество, я сделал тебе предложение. Мы планировали свадьбу и искали квартиру, в которую переедем.
Я улыбнулась.
— Поверить не могу, что подошла к тебе и взяла номер.
— О, я тоже не мог поверить. Ты была весьма настойчивой.
— Должно быть, ты мне очень понравился.
— Именно так, я ведь неотразим, — Алекс довольно хмыкнул, растрепав волосы на макушке.
Я закатила глаза, не переставая улыбаться. Какая самоуверенность.
— Когда мы хотели пожениться?
— Этим летом, — от его улыбки не осталось и следа, — в конце августа.
Оу. Оставалось меньше полугода. С одной стороны, времени предостаточно, но хватит ли мне этого? Вспомню ли я Алекса?