Боги, о чём я только думала? Нет, я действительно была морально готова к тому, что новости о расторжении помолвки появятся в СМИ. Но то, что моя медицинская история станет достоянием общественности, даже в самых страшных кошмарах не могла представить.
Кто-то, абсолютно без зазрения совести и не опасаясь последствий, выложил в сеть сканы из моей медицинской карты, включая точный диагноз. Фотографии, которые должны были оставаться строго конфиденциальными, теперь обсуждают все кому не лень.
А то, что журналисты умудрились связать мою амнезию с именем Алекса, стало для меня настоящим шоком. Хотя, если задуматься... именно из-за этого состояния моя жизнь перевернулась с ног на голову. Рассталась бы я с ним, если бы не потеряла память?
Как он справляется со всем этим? Наверняка уже подключил свою команду юристов, чтобы удалить лживые публикации из сети. Они могли сильно ударить по его бизнесу и отношениям с партнерами. Я представляла, как он сейчас сидит в своём кабинете, сжимая телефон в руке, и методично разбирает каждое сообщение, каждый пост. Его решительность и целеустремленность восхищали меня. Он не из тех, кто позволит кому-то так просто очернить его имя. Нас. Меня.
Нейтану, к счастью, досталось куда меньше внимания. Пресса словно решила, что он - всего лишь временное пристанище, спасательный круг, за который я ухватилась, чтобы заглушить боль от разрыва с Алексом. Никто не спешил копаться в его прошлом, не пытался найти компромат или выставить его в дурном свете.
Что касается Элисон... Вряд ли она была готова к тому, что ее личная жизнь станет предметом обсуждения в социальных сетях. Теперь её прошлое вывернуто наизнанку, каждая деталь биографии, начиная чуть ли не с детского сада, выставлена напоказ.
Люди в интернете безжалостны. Они уже успели раскопать всё: от её школьных фотографий до первых публикаций в социальных сетях. Комментарии под статьями полны яда и злобы. Кто-то обвиняет её в разрушении чужой семьи, другие просто наслаждаются чужим несчастьем, смакуя каждую деталь.
Ведь быть рядом с человеком уровня Алекса Уильямса — это не просто романтические отношения. Это постоянный контроль со стороны прессы, бесконечные слухи и домыслы. Возможно, она просто не осознавала, на что идёт, когда согласилась уйти с ним вчера вечером.
Единственное, что немного успокаивало — эти скандальные новости пока не коснулись моей семьи. Мама и папа, наверное, еще ничего не знают, иначе я бы отбивалась от их звонков, но я понимала, что это лишь вопрос времени.
Где-то рядом стоял Николас — как всегда немногословный, сосредоточенный, словно сделанный из тени. Его лицо оставалось бесстрастным, но я знала: он замечает всё. И, как ни странно, сегодня его молчаливое присутствие успокаивало.
Входная дверь открылась и звонкий голос хостес заставил меня обернутся. Генри и Нейтан. Я подняла глаза. Генри выглядел так, будто не спал всю ночь: лицо бледное, подбородок напряжен, движения резкие и уверенные. Для меня было в новинку видеть его таким.
Может что-то случилось?
— Ты знаешь, где Кори? — спросил он сразу, не потрудившись даже поздороваться. — Уже несколько часов она не отвечает.
Я замерла. Сколько прошло — час? Два? Почему она мне не позвонила?
— Нет... — ответила я. — Она ушла на встречу с журналистом. Сказала, что перезвонит.
Глянув на экран телефона, я осознала: прошло больше трёх часов. Плохое предчувствие медленно поднималась изнутри, как холодная волна.
Нейтан подошёл ближе, серьёзный, спокойный, но в глазах вспыхнуло что-то тревожное.
— Может, у Кори просто разрядился телефон, — предположил он мягко. — Попробуй позвонить ей.
Я набрала номер. Один гудок, второй, третий. Никакого ответа. Повторила. И снова переадресация на почту. В груди росло напряжение.
— Это не похоже на неё, — выдохнула я, глядя на Генри. — Она всегда отвечает. Всегда.
Он ничего не сказал, просто продолжал смотреть в пол.
Вдруг телефон завибрировал в моей руке. На экране — сообщение с неизвестного номера. Я вздрогнула, будто меня ударили током.
Без слов, только вложение. Видео.
Я вскинула голову, испуганно взглянув на Нейта.
— Что там? — он подошел ближе, заглянул в экран. Генри встал по другую сторону. Я нажала «воспроизвести».
Видео началось. И всё вокруг замерло.
Нет. Нет. Нет!