Он метался из стороны в сторону, словно дикий зверь в клетке, его глаза лихорадочно искали что-то в толпе. Когда он наконец заметил меня, его лицо озарилось облегчением.
Нейтан пробирался ко мне сквозь толпу как человек, у которого осталась одна цель — добраться. Остальное не существовало. Он не звал, не кричал — просто шёл, быстро, уверенно, но в каждом его шаге чувствовалось напряжение, как будто он сдерживает что-то слишком сильное.
Я вырвалась из рук спецназовца, даже не почувствовав боли. Побежала к нему. И в тот момент всё исчезло — сирены, люди, свет. Остался только он.
Мы столкнулись почти одновременно. Он поймал меня, крепко прижал к себе, и я вжалась в него, будто возвращалась домой после слишком долгой разлуки.
— Лилиан… — прошептал он, и в голосе было всё: облегчение, страх, злость, любовь. — Чёрт, ты жива…
Его руки обвились вокруг меня так сильно, будто он боялся отпустить даже на секунду.
— Я здесь, — прошептала я, — всё нормально.
Он прижал губы к моим волосам. Его дыхание было сбивчивым.
— Я искал тебя… — Он выдохнул. — Считал минуты. Часы. Не знал, где ты. Что с тобой. А теперь ты… передо мной. — Он коротко рассмеялся — нервно, вымученно. — И я даже не знаю, как держать тебя, чтобы не сломать.
Я подняла голову. Наши глаза встретились. Его обычно спокойный взгляд был другим — тёмным, будто внутри бушевал шторм, который он изо всех сил пытался сдержать.
Он снял с себя рубашку и накинул мне на плечи, аккуратно поправляя ткань, прикрывая разорванную футболку. Его пальцы слегка дрожали.
— Всё в порядке, — снова сказала я.
— Нет, — мягко ответил он. — Но будет. Обязательно будет.
Нейт провёл ладонью по моему лицу, как будто проверял — настоящая ли я. Потом сжал челюсть, будто хотел сказать что-то еще, но передумал. Вместо этого — взял меня за руку.
— Пойдём. Врачи рядом. А я… просто больше не отпущу.
Он осторожно обнял меня за талию и повёл в сторону скорой помощи, будто боялся, что я могу упасть или снова исчезнуть.
Я опиралась на него, чувствуя, как понемногу возвращается ощущение реальности: асфальт под ногами, шум сирен, холод в пальцах. Но сильнее всего — его рука, крепко сжимающая мою.
— Как? — мой голос прозвучал хрипло и надломленно, словно принадлежал кому-то другому.
Нейт тяжело вздохнул, его взгляд стал острым, пронзительным.
— Выйдя из операционной я прочитал сообщение от Генри о том, что вы поехали в офис. Но вы не выходили на связь, поэтому я связался с Марком, чтобы отследить маячок, — его лицо исказилось от боли, когда он посмотрел на мою ободранную шею. — Мы с Алексом отправились в офис. А затем Марк сообщил, что сигнал идёт из заброшенного здания на окраине города.
Мы медленно двинулись вдоль черного тонированного фургона к зоне, где развернули полевой госпиталь. Кори всё ещё не приходила в себя, но врачи уже подключили её к капельнице и проверяли жизненные показатели. Генри, бледный как полотно, приоткрыл глаза и попытался мне улыбнуться.
— Алекс нашёл тайник и обнаружил там кейс с наркотиками и документами, — продолжил Нейт. — Там были имена, счета, маршруты перевозок — всё, что указывало на причастность Николаса. Времени оставалось мало, нужно было действовать быстро. У меня был контакт в спецслужбах, которому я доверял.
— И началась операция... — тихо закончила я. — Вы спасли нас. Спасибо вам.
Он не ответил. Просто прижал меня к себе и поцеловал в макушку.
Когда его рука снова коснулась моей спины, я почувствовала — она всё ещё дрожит. Немного. Совсем чуть-чуть.
Он посмотрел на Генри, и на мгновение в его взгляде промелькнула боль. Но он быстро справился.
Генри выглядел изможденным, но живым. Его глаза, обычно такие яркие, сейчас казались потускневшими от пережитого.
— Ты в порядке? — выдавил он, голос был сдавленным, хриплым.
— Да, — прошептала я, чувствуя, как в горле встает ком. — А ты?
— Жить буду. Но эти твари приложились знатно, — попытался усмехнуться, но получилось криво. Его взгляд метнулся к Нейтану. — Вы успели. Спасибо.
Нейт опустился рядом на корточки. Их взгляды встретились — коротко, но в этом было всё: страх, ярость, облегчение, братство.
— Как только оклемаешься — пеняй на себя, — негромко сказал Нейт. — Я лично надеру тебе зад. Или хотя бы заставлю смотреть все сезоны реалити-шоу про свадьбы без перемотки.
Генри хрипло фыркнул:
— Это за что?
— За то, что поехал с Лили в Бруклин без прикрытия. Без плана. Без нас.
Ты вообще головой думал? Или решил, что геройство — твой личный патент?