— По поводу того, что произошло наверху.
— Да? — в глазах Алекса зажегся неподдельный интерес, на губах появилась лукавая ухмылка.
— Понимаю, что это был небольшой... эксперимент, но так нельзя. Мне казалось, что я сегодня дала ясно понять, что пока не готова к такому. Ты даже представить себе не можешь, какая каша в моей голове. Тело реагирует на тебя, вот только для меня сейчас ты незнакомец, — проговорила медленно, наблюдая за его реакцией и надеясь, что он поймёт. — И тем более мы не можем откладывать свадьбу, а потом трахать друг друга.
Чёрные густые брови мужчины поползли высоко на лоб, но ухмылка не пропала.
— Но как я говорил сегодня утром, мы можем начать всё сначала. Будем ходить на свидания, держаться за руки, — ухмылка стала шире, — а потом сможем трахать друг друга.
Бросив на брюнета укоризненный взгляд, поджала губы.
— Лили, я всё понимаю, не волнуйся. Просто подумал, что это может помочь. Попробовать ведь стоило?
Учитывая, что я сегодня с такими же мыслями его поцеловала... да, я определённо понимала его мотивы. Жаль только, это не помогло.
Откинув волосы с плеч, сложила руки на коленях и задала вопрос, меняя тему:
— Расскажи мне о себе.
— Что тебе интересно?
— Всё. Мне хочется узнать тебя.
Мужчина согнул ногу в колене, подняв её на диван.
— Я родился в Бруклине, родители переехали туда после свадьбы. Мама работала учительницей начальных классов в местной школе, а отец был адвокатом. Мы жили достаточно хорошо, для обычной семьи. Родители пытались дать мне всё: своё внимание, лучшее образование и мы стабильно ездили отдыхать пару раз в год. — Губы Алекса дрогнули в слабой улыбке, от воспоминаний. — В школе я начал играть в баскетбол. Думал, что смогу начать спортивную карьеру. Несколько колледжей даже заинтересовались мной и предложили стипендию. Отец был счастлив.
— Тогда почему ты стал бизнесменом?
— Я получил травму, которая поставила крест на спортивной карьере.
— Что за травма?
Задав этот вопрос, я осеклась. От меня не ускользнуло, как дёрнулась мышца на его щеке.
— Извини, это было грубо. Ты можешь не отвечать.
Алекс посмотрел на меня, но взгляд был затуманенным, словно он находился сейчас совсем далеко.
— Мы поздно возвращались домой, было темно, дождь размыл дорогу. Отец не справился с управлением, и машину занесло. Могу поклясться, что до сих пор помню крик матери и напуганное выражение её лица, когда она посмотрела на меня. Это было последним, что я видел, прежде чем потерял сознание.
Я напряглась, по его тону поняв, что это закончилось всё плохо. Интуиция не подвела.
— Родители погибли сразу, а я получил несколько переломов.
— Боже, — прошептала я тихо.
Мужчина тяжело вздохнул. Я видела, что ему непросто было об этом говорить. Прошло немало времени, но воспоминания о прошлом ещё причиняли ему боль.
Захотелось как-то его поддержать, и, поддавшись желанию, я накрыла его ладонь своей. Алекс опустил глаза и, перевернув ладонь, переплел наши пальцы.
— Опеку надо мной взял отец матери. Для меня это был самый непростой год. Пришлось переехать в Чикаго, где жил дедушка. Просто в одно мгновение я лишился всего: родителей, дома, друзей и своего будущего. Это сказалось наихудшим образом. Я прогуливал занятия, пропадал ночами на вечеринках и поглощал огромное количество алкоголя. Спустя какое-то время это надоело моему деду. Когда я в очередной раз заявился домой, еле стоя на ногах, под какими-то веществами, он ничего не сказал, лишь на утро, когда я пришёл в себя, он врезал мне, — мужчина потёр челюсть, ухмыляясь, но взгляд оставался отрешённым. — Он тогда сказал мне одну фразу, которая перевернула мою жизнь... Даже проходя через ад, надо продолжать идти. Он был чёртовым фанатом Черчилля.
Мужчина развернулся ко мне спиной и задрал футболку до шеи. Только сейчас я увидела туту. Чёрные буквы тянулись вдоль его позвоночника. Пальцами осторожно коснулась чернил, которые немного поблекли, приобретя сероватый оттенок. Кожа была ровной и гладкой под моими пальцами.
Алекс повернул голову, продолжая рассказывать.
— Не знаю, почему, но эти слова отрезвили меня. Я вернулся к учёбе, поступил в университет. Поставил перед собой цель и шёл к ней многие годы. Дедушка умер десять лет назад, так и не увидев, чего я добился.
— О, Алекс...
Он развернулся, опуская футболку обратно.
— Всё нормально, — мужчина улыбнулся. — Это было давно.
Я смотрела на него во все глаза.