Четыре красавца следовали за хостес, бурно что-то обсуждая. До меня донесся их громкий смех. Мужчины сели за стол, который отлично просматривался с моего места.
Вау. Кто бы мог подумать, столько красавчиков в одном месте! Их магнитом что ли тянет друг к другу? Но мое особое внимание привлек один из них. Он сел на широкое кресло, лицом ко мне. Каштановые волнистые волосы переливались золотом, несколько прядей падали на лоб, вызывая непреодолимое желание прикоснуться к ним, чтобы смахнуть. Горизонтальные морщинки появились на лбу, когда он улыбнулся, обнажив ряд белых зубов. Густая щетина покрывала его челюсть, придавая брутальности. Как и небольшая горбинка на носу. Я не могла отвести от него глаза, словно зачарованная. Еще раз уау! Такой внешностью могли похвастаться голливудские звезды или модели.
Видимо, почувствовав, что за ним наблюдают, мужчина поднял голову, посмотрев прямо на меня. Наши глаза встретились. На лице промелькнуло удивление, быстро сменившееся заинтересованностью. Уголки мужских губ дрогнули, приподнимаясь в улыбке.
Он поймал меня на разглядывании.
Ох.
Жгучий румянец обжег мои щеки, и я поспешно отвернулась, делая вид что смотрю в окно.
О да, невероятно интересный желтый плащ на проходящей мимо женщине, определенно стоящий всего моего внимания. И, конечно, мне совсем не хочется смотреть на незнакомца.
Улыбка тронула мои губы, и я тихо усмехнулась, чувствуя себя невероятно глупо. Что я делаю? Мне же не пятнадцать лет.
— Детка, — позвал Джон, подходя к столу, — твоя мама и сестра скоро приедут.
Я удивленно глянула на часы, украшающие мое левое запястье. Половина первого. На секунду мне даже стало грустно, что они так скоро уезжают. Роузы пробыли в Нью-Йорке почти две недели назад, и им пора было уезжать домой. Мелиссе необходимо было возвращаться в школу, а у родителей во всю кипела работа. Они просто не могли оставаться здесь надолго.
Отец сел на свое место, и я посмотрела не него.
— Даже не заметила, как пролетело время, — сказала натянуто улыбаясь.
Мужчина поправил манжеты белой рубашки, запонки сверкнули под ярким освещением ламп. Положив руки на стол, он тепло улыбнулся.
— Меня радует, что ты наша работу себе по душе. Ты горишь своим делом, и оно приносит тебе удовольствие. — Джон хмыкнул и поднял глаза вверх, словно о чем-то задумался. — Когда тебе было четырнадцать, вы с мамой полетели в Париж на каникулы. Ты вернулась такая воодушевленная, с горящими глазами и навязчивой идеей открыть французский ресторанчик. Кэтрин рассказывала, что вместо шопинга ты бегала по местным заведениям в красной беретке и уплетала салат нисуаз, воображая себя француженкой.
Я засмеялась, пытаясь себе это представить. Вышло на удивление легко, перед глазами быстро нарисовалась картина с худенькой девочкой сидящей на летней террасе, сердце которой было покорено красотой Эйфелевой башни.
— После этого, ты знала, чего хочешь и кем будешь. Мы с мамой очень гордимся тобой, — отец похлопал мою руку, лежащую на столе. — Твоей целеустремленности можно позавидовать.
Что-то мне подсказывало, что она была у меня от него.
Я понимала, что возвращение к работе потребует времени и усилий, но была готова к этому. Ведь это был не просто ресторан — это было мое детище, моя страсть и воплощение мечты.
— Спасибо. Даже сейчас, — я замешкалась, не желая говорить «амнезия», — мне очень нравиться это место, здесь такая энергетика, что мне буквально хочется летать. Думаю, что много времени тут проводила.
— Так и есть, не помню чтобы ты сидела сложа руки. Мы помогли тебе с помещением, но все остальное ты сделала сама, превратив это место в одно из самых лучших ресторанов Нью-Йорка.
Это было приятно слышать.
Неосознанно покосилась за спину отца, встречая заинтересованный взгляд. Шатен смотрел на меня, держа в руках приборы. Его компания это заметила и еще три пары глаз посмотрели в мою сторону. Смущенно отвернувшись, поерзала в кресле, но глаза снова вернулись к столику горячих парней. Один из них поднялся и направился в нашу сторону. Это был не тот пленительный красавчик с шоколадными волосами.
— Мисс Роуз, — подходя ближе незнакомец кивнул, широко улыбнувшись, — какая приятная встреча.
Мои брови взлетели на лоб. Мы знакомы? Да ну, не может быть!
Естественно, вслух этого не сказала. Только узкий круг лиц знал, что у меня амнезия. И я не собиралась это менять.
Блондин, с крепким телосложением остановился возле нашего столика.
— Здравствуйте, — поздоровалась, натянув на лицо вежливую улыбку.