- А что ты с бером делать собираешься? – спросила девчонка, с сожалением заглядывая в опустевшую кружку.
- С бером? – не понял я.
- Ну да, которого ты убил. – указала мне за спину Уля на тушу медведя.
- Бер, значит… – пробормотал я – Да ничего. А что с ним сделать можно?
- Как что?! – округлила глаза девочка – Шкуру снять можно. Шкура у бера дорогая. Можно еще и мясо взять, но сейчас он еще жир не нагулял. Мясо не вкусное.
- Не умею я шкуры снимать. – развел я руками – Так что ничего делать с ним не собираюсь. Хотите – себе забирайте.
- Ты точно не из охотников. – опять пристально посмотрела на меня Уля.
- Ага. – подтвердил я – И давай вернемся к моей просьбе. Расскажи, что тут происходит. Считай, что я проснулся в… пещере и ничегошеньки не помню.
- А разве так бывает?
- Бывает. – подал голос мальчишка – Дядьку Юру кабан на охоте в дерево кинул. Головой ударился – тоже три дня ничего не помнил, родных не узнавал.
- Ты головой не бился? – немедленно спросила Уля и на автомате потянулась к своему затылку.
- Не помню! – раздраженно ответил я – Вы будете рассказывать, или нет?
- Да будем. – отодвинулась от меня девочка – Только откуда начать?
- Начинай с самого начала.
К счастью, у местных начало не ассоциировался с тем явлением, что бог отделил свет от тьмы и сказал, что это хорошо. Хотя общая стилистика прослеживалась. Такое впечатление, что детишкам эту историю рассказывали вместо сказок в раннем детстве, заставляя выучить наизусть. Если убрать всю мистику, цветастые обороты и добавить ответы на уточняющие вопросы, то картина вырисовывается следующая…
Тот объект, о котором шла речь в радиопередаче, на самом деле оказался кораблем пришельцев. И триста лет назад они высадились на Землю. Как я понял, носитель скинул десантные корабли. Численность точно не указывается, но и так понятно, что много. Собственно, с этого и начинается повествование. «Пришли, аки саранча»… Мда… Расположились над поверхностью в хаотичном порядке, установили периметр безопасности с радиусом в пятнадцать километров для каждого корабля, куда ни один физический объект не мог проникнуть, ни какое-либо излучение. «И нельзя было посмотреть, ни глазом ясным, ни прибором умным, что поганые замышляют». Так продолжалось три дня, а потом на всей Земле исчезло электричество. После долгих расспросов я для себя понял, что электричество исчезло как физическое явление. То есть оно никак не вырабатывалось, даже методом натирания эбонитовой палочки об шерсть или мех. Впрочем, может быть всё было по-другому. За триста лет легенда о тех событиях могла изменится, обрасти неизвестными подробностями для придания большего драматизма ситуации. Но электричество в искусственных изделиях «кончилось». Ну а так, как у нас вся цивилизация держится на электричестве, просто мы этого не замечаем, разразилась катастрофа. Города сразу стали непригодны для жилья. Остановился весь транспорт. Находящиеся в воздухе самолеты падали на землю. На предприятиях, где за мерами безопасности следили компьютеры, произошли аварии. И бог бы с ним на каком-нибудь заводе по сборке автомобилей. Но аварии на химических предприятиях, в тяжелой промышленности, на ядерных электростанциях привели к очень тяжелым последствиям. Население в течении полугода сократилось в какое-то невообразимое число раз. Общий масштаб представить сложно, но слова «там, где раньше смеялись тысячи детей, сейчас ходили единицы, убитые горем» намекают на то, что города полностью вымирали. Причем, к этому тоже наверняка приложили руку пришельцы, а не только технологические катастрофы и начавшиеся эпидемии: лето, жара, трупов много. В последствии, когда ситуация стабилизировалась, из десяти полностью здоровых детей до трехлетнего возраста доживал только один. С больными и так было понятно – медицина вместе со всей цивилизацией по одному месту пошла. Но полностью здоровый ребенок мог запросто не проснуться в одно ужасное для родителей утро. После того, как ребенок перешагивал границу в три года такого риска уже не было. Разве что зверь какой схарчит или просто болячку подцепит с симптомами. Но внезапной смерти уже можно было не боятся. Это первый фактор. И второй – примерно треть людей, как и зверей, начали мутировать, превращаясь в «живых мертвых». Такую скорость изменений ни земными технологиями ни, тем более, эволюцией, объяснить было нельзя. Причем, мутировавшие люди разум не теряли, но приобретали зашкаливающий уровень агрессии, как и звери. Что являлось дополнительным риском для выживания остатков человечества. Впрочем, тут пришельцы немного просчитались, и первая же сибирская зима прикончила всех мутантов, по крайней мере на этой территории.