- Ну… «Пом». Сокращенное от «помощника». Так будет короче и легче. Да.
- Имя собственно «Пом» принято и зафиксировано. – подтвердил голос.
- Ну а теперь готовься отвечать на вопросы. Их у меня тысячи.
После «допроса с пристрастием» Пома информации появилось чуть больше о самом устройстве, об этом месте и полный ноль обо мне. Итак, нейромодуль номер… «Пом», короче, является разработкой объединенного научно технического объединения «Прогресс». Внедряется в мозг оператора, на этом этапе рассказа я ощупал голову, шрамов не обнаружил, присоединяется к устойчивым нейронным связям оператора и служит в качестве помощника, так что с именем я не промахнулся. Номер и версия подразумевает, что и до него были изделия, но Пому об этом ничего не известно. Был помещен в тело оператора, прошел тесты, успешно, после чего оператора поместили в капсулу гибернации. На этом запись помощника обрывалась. Остались только результаты тестов. Судя по ним, я мужчина, ну это и так видно, европейской наружности двадцати шести лет. Глаза голубые, волосы черные, телосложение нормальное. Сейчас дистрофичное. А… Еще модуль имеет собственные системы беспроводной связи, позволяющий ему связываться с внешними устройствами и может использовать органы чувств оператора, слух, зрение и так далее, на недоступном для оператора уровне, для получения информации из вне. Тут я решил уточнить этот момент и, из длинного объяснения Пома понял, что, например, если я просто пройду мимо выброшенной мимо мусорной урны пачки сигарет, то он определит какой рукой бросили, с какой силой и высчитает точку откуда кинули. Исследование взаимодействия с мозгом и памятью оператора пока до конца не завершено. Но при этом Пом обладал некоей разновидностью врачевания. На уровне возможности организма оператора. Например, мог уменьшить или полностью заблокировать болевые ощущения при поступлении таких сигналов в мозг, полезно при ранениях, и немного подстегнуть эндокринную и иммунную системы на быстрое излечение заболевших органов. Нет, организм и без него прекрасно справится, тут Пом выступал погонщиком, к примеру, массово отправляя легионы лейкоцитов к месту пореза в приказном порядке, а не когда организм сам сообразит. Сейчас, кстати, занимался излечением последствия микроинсульта в моей пустой башке. «Прислушавшись» к своим ощущениям, я смог констатировать, что это у него получается неплохо. Боль в голове снизилась до нераздражающего фона и продолжала уменьшаться. Сначала я не поверил в такие возможности, сидящие в голове. Такого просто не могло быть в мое время. Потом память опять проснулась и подсказала – могло. Не массово, но были эксперименты. И протезы, управляемые мозгом. И микромашины, размером с молекулу. А уж про искусственный интеллект и упоминать не стоит. Так что могли такое сотворить где-то за закрытыми воротами под прикрытием военных, на что косвенно намекал бункер. Вернее, не военных. Военные очень костные в своих рассуждениях. Особенно заметно с ростом званий одно за другим в голове всплыли несколько мыслей: «Генералы готовятся к прошедшей войне». «Противник переходит на действия диверсионно-разведывательных групп, будем их блокировать силами батальона мотострелкового полка на машинах поддержки БМП и БМД, при поддержке артиллерии и авиации». «Мы были не готовы к массовому применению БПЛА». Откуда вылезло? Так что, скорее всего, другие структуры, более гибкие, курировали проект.
Кстати о нём. С одной стороны, данные о месте, где мы оказались, были минимальны. Только название и координаты. Которые Пом, наложил на карту, восприняв мою мысль «а где это, вот бы еще узнать» как приказ. Получилось, что мы находимся где-то в Уральских горах между Уфой и Челябинском. Ну и название. Бункер номер семь стратегического оборонного пояса России. На этом всё. По названию понятно, что принадлежит людям в погонах, но ни принадлежности к ведомству, ни любой другой информации нет.
Зато есть схема бункера, в соответствии с которой я сейчас нахожусь на складе, кто бы сомневался, число сотрудников дежурной смены, восемь человек, максимальная вместительность полторы тысячи и техническая информация. В которой меня заинтересовал разве что источник энергии. И то, глаза сами зацепились за эту строчку, что-то подобное я помнил, или читал об этом. Геотермальный источник считался практически вечным, при регулярном техническом обслуживании. Пока есть планета – она будет давать энергию. Память тут же подсказала, что в мое время дальше теории дело не пошло. Пробить слой планеты до магмы чисто ради научного эксперимента – дураков мало деньги выделять. Еще и экологи возмутились. Но, скорее всего, им проплатили нефтедобывающие компании и прочие из энергетики. Это бы могло полностью перевернуть всю экономику Земли. Так что такую теорию публично высмеяли, разнесли в пух и прах в СМИ и тихонько задвинули в дальний уголок. Однако, как я понимаю, изыскания этой группы шагнули далеко за теоретические выкладки, раз тут находится действующий образец и пашет уже хрен знает сколько лет.