Машины выглядели красиво. Выверенные в аэродинамической трубе формы. Хищный прищур фар. Агрессивный вид. И эмблемы на решетках радиаторов узнаваемые: «Мерседес», «Ауди», «Хендай», «Тойота». Но… Утратили они свою индивидуальность. Стали похожи друг на друга как родные браться. Прошли те времена, когда по силуэту авто можно было с девяностопроцентной вероятностью определить его марку. В салоне тоже почти стандарт. Пошли по пути «Теслы». Практически полное отсутствие механических приборов и органов управления, в некоторых моделях даже селектор коробки передач есть только на сенсорной панели. Руль, больше похожий на штурвал самолета. Короче, чувства у меня к машинам будущего, с моей точки зрения, остались неопределенные.
Как и обещал, на второй день покатал ту ребятню, что сменила Митяя с Колей в важном деле охраны вертолета. Вообще-то мне нужно было этих двоих вывезти, чтобы в ненужный момент всякие фобии и связанные с ними неприятности не возникли, а ребятня пошла прицепом. К ним же присоединился и немного очухавшийся Лека, который был среди той толпы, после первого полета, и который тоже стряс с меня обещание покатать, когда я зашел вечером в палату с проверкой его и Седого, и дабы закончить рассказ. Родители шалопаев узнали о том, что задумали их чада в последний момент и несколько человек даже бежали к вертолету, на бегу размахивая руками, но мы уже взлетали. Собственно, ничего страшного не произошло. Сходили в центр круга, посмотрели на холм, который заинтересовал инопланетян. Ничего необычного. Холм как холм. Разве что вокруг правильные каменные параллелепипеды разбросаны исполинских размеров, от древности почти полностью ушедшие в землю, но с воздуха все еще заметные. Весь полет занял минут пятнадцать. Парни выбирались из грузовой кабины пошатываясь и с бледными лицами. А детишкам хоть бы хны. Только восторг в глазах и просьбы «еще». Ну, «еще» им сейчас взрослые обеспечат, с деловым видом направляющиеся к вертолету. Увидев опасность, пацанва бросилась врассыпную. Честно говоря, я подумал, что родительский гнев в основном на меня обрушится. Но нет. Даже слова не сказали. Приглядевшись, среди мужчин и женщин я узнал пару пациентов медпункта, на котором местный врач под моим руководством проходил обучение и которым действительно требовалась помощь.
Затребованный арбалет я заграбастал себе. У Николая лук есть и только он умеет с ним профессионально обращаться. А Митяй… это Митяй. С копьем пока походит. Принесли его в пластиковом кофре. Внутри кофр был обклеен плотным поролоном и в специальных углублениях находилось оружие, разобранное на три части. Кроме него, в кейсе находились приспособления по уходу и смазка. Инструкция в виде небольшой брошюрки тоже была на месте, так что перевод арбалета из транспортного состояния в боевое не вызвал особых затруднений. Пом оружие признал и потребовал провести пристрелку на двадцать, пятьдесят и сто метров. Пришлось для этого пожертвовать одной новенькой стрелой, сделав ее старенькой. После стрельбы Пом немного подумал и вывел перед глазами маркер прицела, который смещался вслед за направлением арбалета, при этом заявив, что на сто метров я в ростовую мишень попаду, но из-за низкой начальной скорости стрелы на снайперский результат рассчитывать не стоит. Все зависит от силы и скорости ветра, от влажности и температуры. Каким образом влажность влияет на металлический арбалет и пластиковую стрелу я не понял, но уточнять у Пома не стал. Попаду – уже хорошо. Тем более это не автомат, чтобы на таких расстояниях перестрелки устраивать. Двадцать метров – вот его рабочая дистанция. А на таком расстоянии Пом обещал, что стрела ляжет точно в центре перекрестия прицела. Хорошую штуку все-таки мне в голову засунули. Правда, сначала, своевольную слегка.
Ну а на третий день пришла пора прощаться. Свои обязательства я перед жителями Прибрежного выполнил, они тоже. Проводили на пристани лодку, в которой домой возвращались Света, Лека и его мама и пошли грузится в вертолет. Перед тем как залезть внутрь, заставил всех поссать на левый пневматик, сам подав пример. Объяснив, что это такой шаманский ритуал, который задабривает воздушных духов и поэтому полет будет удачным. Против таких аргументов возражений не нашлось, и парни дружно облегчились в нужное место. В этот раз я посадил ребят в кабине с наказом ничего не трогать. Коля занял место в правой чашке штурмана, Митяй уселся посередине на место борттехника. Пристегнул их, нацепил гарнитуры переговорных устройств, показал кнопки, на которые нужно нажимать для того, чтобы что-то сказать и еще раз напомнил, чтобы кроме этих кнопок ничего больше не касались. Ни руками, ни ногами.