Приплыл из Польши раз матрос
К английским берегам
И, говорят, как в землю врос,
Навек остался там.
Время освобождения приближалось, и странно! силы не падали. Они уже, должно быть, нацеливались на трудности (возможные) вхождения в жизнь — неизвестную — там, на воле, идущую жизнь, послевоенную. Далеко позади были месяцы и годы метания её о Сереже, — когда она шла бы и шла — за его адресом — сын был жив — кто же знал тогда, что через почти полтора года после рождения внучки ей придется уехать от сына в Сибирь на вечное поселение?