— Альберт? — позвала она.
И тут хряк резко вскочил с места, боком завалился на кровать и схватил девушку за щиколотку. Люба завизжала на весь дом.
— Отпусти! Какого хрена тебе от меня надо??
— Пришел научить тебя хорошим манерам. Пока твоя мать в больнице, уж я-то тебе мозги вправлю. Не узнать будет. Раз твой родной отец не смог тебя воспитать, то это сделаю я. Тебе давно пора показать, как нужно вести себя со старшими.
Пошатываясь, хряк выпрямился и дернул Любину футболку вниз. Ткань мигом разошлась по шву и обнажила девушке плечи. Альберт тут же впился ей в ключицу слюнявым поцелуем. В воздухе разлетелись частицы его кожи. В темноте их видно не было, но воздух вокруг, казалось, целиком состоял только из них.
Люба пыталась отбиться, кричала, звала на помощь, но ее никто не слышал или не хотел слышать. Даже поехавшая соседка снизу, и та никак не реагировала, хотя обычно чуть что — сразу начинала стучать по батареям.
Движения Альберта были вялыми и заторможенными, но это не мешало ему уверенно двигаться к цели. В какой-то момент он повалил Любу на кровать животом вниз, а сам придавил ее сверху. В таком положении и под двухсоткилограммовым прессом она едва могла хрипеть, не то что орать.
— Тише, Любка, — проговорил хряк, тяжело дыша ей в ухо, — потом сама скажешь спасибо. Тебе нужен этот урок. Иначе даже к тридцати годам ничего не усвоишь. Как твоя мать. У нее до меня были одни юнцы, ничему ее не научили. А я тебя всему обучу. Поймешь разницу между сопливым пацаном и настоящим мужчиной. Ты давно меня дразнила. Я такие вещи сразу чую. Ох, как ты пахнешь... Не то что Томка...
— Отпусти меня... — набрав в грудь воздуха, выдавила Люба. — Отпусти!
На большее сил не хватило. Она с ужасом осознала, что Альберт пытается стянуть с нее шорты. Хорошо, те были тугие и снять их оказалось задачей не из легких.
— За тобой должок, Любка. Помнишь? — Хряк продолжал возиться с шортами. — У нас с тобой был уговор. И сегодня я стрясу с тебя долг. Ты еще благодарить меня будешь, что я настоял на своем. Вот увидишь...
Люба вспомнила, что у нее под подушкой лежит нож. Ей было плевать, что ее посадят. Если Альберту удастся задуманное, она все равно найдет способ его прикончить, поэтому какая разница? Проблема заключалась в том, что ее правая рука болталась сбоку, под углом свесившись с кровати так, что не повернешь, а вторую хряк придавил своей тушей с другой стороны. Выход из ситуации Люба видела только один.
— Альберт... я сама. Сама разденусь... — сказала она.
— Ну давай, раздевайся, — одобрил хряк. — А я посмотрю. И не пытайся сбежать — все равно изловлю.
— Встань с меня. Я не могу двинуться.
Любе казалось, что он раздумывал целую вечность, прежде чем подняться и позволить ей раздеться самой. Наконец он сел и зафиксировал свою тушу в вертикальном положении.
Пошарив рукой под подушкой, девушка нащупала рукоять ножа.
— Раздевайся, Любка, я жду, — скомандовал Альберт.
— Сейчас, сейчас... — Она перевернулась на спину, вскочила и, не глядя, всадила нож куда-то ему в брюхо.
Хряк закашлялся, согнулся к коленям, насколько позволяло пузо, а потом наполовину рухнул на кровать — его ноги так и остались стоять на полу. Люба никак не ожидала, что все случится так быстро, и теперь не понимала, как быть. Включить свет и посмотреть, сдох хряк или нет? Просто уйти и оставить его истекать кровью? Второй вариант показался ей удачнее. Если ее все равно посадят, то в принципе, плевать, когда Альберт откинет копыта — прямо сейчас или чуть позже.
Люба кинула окровавленный нож на кровать, схватила с полки телефон и понеслась в прихожую. Там она взяла свою сумку, всунула ноги в шлепанцы и выбежала из квартиры в чем была. На ее шортах и левом бедре засыхала кровь.
Глава 91.
Люба бежала вниз по лестнице. Мысли ее то путались, то разбегались в разные стороны как тараканы. Ей хотелось позвонить Пашке, но этот дурак сразу бы примчался к ней из Питера. А какой в этом смысл, если он все равно ничем не сможет ей помочь? Уж лучше пусть занимается учебой, пока его проблемная девушка отсиживает срок.
«Если повезет, мне даже смягчат наказание, — с надеждой думала Люба. — Во-первых, мне нет восемнадцати, во-вторых, я просто оборонялась. Теперь главное доказать, что хряк хотел меня изнасиловать. А если докажу, то меня могут вообще оправдать! Хотя, учитывая мою репутацию, это, конечно, далеко не факт...»
Спустившись на пролет ниже, девушка увидела чокнутую соседку Ингу, которая почему-то стояла на лестничной клетке перед своей квартирой. Люба собиралась просто пройти мимо, но Инга внезапно схватила ее за руку.