— Говорил же: одевайся теплее, не забывай про шапку... Никогда меня не слушаешь, дурочка. Ладно, набери, как будешь дома. Стой! Сначала скажи, ждешь меня на выходные?
Раньше Пашка никогда не задавал таких вопросов. Если он решил спросить, ждет ли она его, значит, интуиция подсказывала ему горькую правду. Любе стало не по себе. Если уж она планирует подло с ним поступить, то должна иметь смелость заранее во всем признаться и тем самым окончательно сжечь мосты. Так будет правильно.
Слегка дрожащими то ли от холода, то ли от стыда пальцами девушка прижала телефон плотнее к уху, чтобы шум ветра не исказил ее слова.
— Не надо ко мне приезжать, — сказала она. — Я не хочу. Проблема в том, что мне нравится другой человек, и я хочу быть с ним. Прости, что не сказала раньше, мне просто было стыдно. Не знала, как начать разговор. Паша, ты меня слушаешь?
— Да, внимательно.
— Ну, ты понимаешь, что между нами — все?
— Ты мне изменила?
— Нет, но собираюсь это сделать. Прости.
— Я понял.
— Ты... в порядке? Я не понимаю, какая твоя реакция. Скажи что-нибудь внятное. К примеру, что я тупая шлюха и все такое.
— Не хочу, Люб. Я принял информацию, больше говорить не о чем. Хорошо, что предупредила.
Пашкин голос звучал абсолютно ровно и спокойно. Было незаметно, что он хоть сколько-то расстроился.
— Ты издеваешься??
— Нет. Я правда благодарен, что ты сказала все как есть. Не хотелось бы узнать обо всем потом, понимаешь? Рога точно не пришлись бы мне к лицу. Я не привык быть обманутым, это вообще расходится с моим привычным флоу. А раз ты бросила меня до секса с другим, значит, порядок. Ну все, пока?
— Пока, — сказала Люба и отключилась.
Она пребывала в полном шоке. Он должен был начать орать, пытаться узнать, кто этот мудак, который встал между ними, должен был повести себя как угодно, но не так спокойно и равнодушно! Неужели он нашел в Питере новую девушку? А как же его слова о любви и все обещания? Получается, что даже самый порядочный парень в ее жизни — и тот оказался типичным лжецом.
— Ой, да и насрать! — сквозь зубы процедила Люба, заходя в школу через курилку.
Какая разница, нашел Пашка себе кого или нет, если через пару-тройку минут Люба так и так собирается лечь с другим?
Роман Евгеньевич сидел на диване в подсобке. Он был хорош — как и всегда, до одури красив и сексуален. От той концентрации тестостерона, которой наполнилось помещение в его присутствии, все части тела девушки начало сводить судорогой. У нее буквально подкосились ноги, когда она вошла.
— Я надеюсь, ты дрожишь от возбуждения, а не от холода, — усмехнулся Роман, пожирая ее глазами.
Люба сама не понимала, от чего дрожит. Она действительно сильно замерзла, пока шла, но при этом ее тело все вибрировало от нетерпения. Она явилась сюда не просто так, а с конкретной целью, и не успокоится, пока не добьется своего.
— Ты закрыла дверь на ключ?
— Да, сразу, как вошла в кабинет.
— Умница. А где твой телефон? — спросил учитель.
— А что?
— Хочу, чтобы ты перевела его в авиарежим и положила на стол.
— Зачем?
— Чтобы нас не прервали в самый интересный момент.
Люба хмыкнула, демонстративно достала телефон из кармана пальто, выключила его и кинула на диван к Роману. Пускай убедится, что она ничего не записывает ни на видео, ни на диктофон.
— Не стой на месте, иди ко мне, — велел он.
Люба сняла пальто, но не стала подходить ближе. Пусть он сначала хорошо ее рассмотрит. Сегодня она тоже была хороша. Настолько, насколько Роман того хотел, ведь она выглядела именно так, как нравится ему. На то и был расчет — свести его с ума одним своим появлением. Винного цвета платье из неплотной вязаной ткани, обтягивающее, длиной до колен, с вырезом в районе левого бедра. Длинные рукава с открытыми плечами и V-образным вырезом в зоне декольте, откуда видны тонкие изящные ремешки женской портупеи из мягкой черной кожи. Чулки с тонкой черной вертикальной линией сзади, подвязки, которые выделялись сквозь тонкую ткань платья. Высокие ботинки на толстой подошве. От таких у Романа начисто сносило крышу. Он был практически равнодушен к каблукам, но обожал на девушках современную новомодную обувь: высокие ботинки, челси и лоферы.
— Иди ко мне, — низким голосом повторил он. Его глаза горели пламенем похоти. — Ну же, Люба.
Но девушка даже не шелохнулась.
— Нет, — сказала она, не отводя от него взгляд. Она сохраняла с ним постоянный зрительный контакт, с того самого момента, как вошла. — Я хочу, чтобы все было по-другому. Не так, как раньше.
— Я не буду злоупотреблять, если ты об этом. Просто доверься мне. На этот раз все будет иначе, обещаю.