Девушки шли, ели выпечку из пакетика, запивали соком и не могли наговориться. У них действительно было много общего, но Люба понимала, что Полине пришлось пережить куда более серьезные испытания. Каждое из них действительно отпечаталось в ее глазах, и теперь Люба отчетливо это видела, хотя до этого ничего такого не замечала.
— Это я сперла твой айфон, извини, — сказала Люба.
— Я знаю.
— А чего улыбаешься?
— Просто не ожидала, что ты об этом заговоришь.
— Когда-нибудь я заработаю денег и куплю тебе последнюю модель, обещаю. Правда, пока точно не знаю, когда это будет. — Люба вытащила из сумки свой телефон и показала Полине. — Сейчас могу отдать только этот. Он хуже того, который я у тебя сперла, но тоже айфон.
— Не надо, давай просто забудем об этом. Куда важнее, что ты сказала правду. Это дорогого стоит.
— Полин, вот че ты такая правильная, а? Я украла у тебя мобилу, поступила, как конченая мразь. Ты бы могла сейчас высказать все, что обо мне думаешь.
— Я уже все высказала в тот день, когда поняла, что телефон взяла ты. У меня дома случилась истерика: я орала, как резаная, распотрошила подушку, била ногами по стенам и желала тебе сдохнуть.
— Ну хоть так, — улыбнулась Люба. — Только это еще не все... Деньги тоже украла я. А еще испортила твой полушубок.
— Про деньги я тоже потом догадалась. Уж очень Суслов убедительно рыдал в трубку. А вот за полушубок обидно. Его-то за что?
— За то же, за что и телефон, и деньги. Я сделала это не потому, что мне хотелось иметь все, что есть у тебя, а просто из злости. Каждый раз, когда я видела тебя с мамой, то просто с ума сходила от зависти. Мне бы тоже так хотелось, но моей матери всегда было на меня плевать.
— Моей родной — тоже.
— Знаю, — кивнула Люба. — И я рада, что теперь у тебя есть семья. Правда рада.
Они немного помолчали, а когда зашли в парк, Полина вдруг спросила:
— А это правда, что вы с Мовшиным вместе?
— Ага. А что?
— Вау, круто, — восхитилась Полина, — он супер-красавчик! Не то что наши придурки из класса...
— А как же Платошка Суслов? — лукаво улыбнулась Люба.
— Хорош, а, он меня всегда бесил.
— Ты это серьезно? Я думала, вы друзья — куда ты, туда и он, все дела.
— Поначалу так и было. Но когда я увидела, что он смотрит на меня не как на друга, мне стало мерзко. Он же наверняка там себе всякое представляет, понимаешь?
— Да уж наверняка, тут к гадалке не ходи. Суслов, наверное, себе уже все ладони стер, думая о тебе.
— Фу, — скривилась Полина. — Как же это мерзко...
Люба пожала плечами:
— Ну не сказала бы. Так делают все парни, не только Суслов. Думаю, Мовшин занимался тем же, когда мы еще не были вместе.
— Не, ну то Мовшин, а то мерзкий Платон. Ты не подумай, у меня нет видов на твоего парня, но он объективно самый офигенный из наших. Все остальные — это просто ужас.
— Что, совсем никто не нравится?
— Нет, ну есть там один... Но он чуть постарше.
По тому, как замялась Полина, в голову Любе сразу закрались нехорошие подозрения.
— Тааак... И это, как я понимаю, один из наших учителей. Если еще конкретнее, то его имя начинается на «Р». Все верно, я нигде не ошиблась?
— Блин, — вспыхнула Любимова, — неужели это так заметно? Если заметила ты, то он уж тем более...
— Нет, не сказала бы, что заметно. Ты практически кремень. Я не думаю, что он заметил, и тем лучше для тебя. Поверь мне, не в ту сторону смотришь. Шуйский — откровенно хреновый выбор, даже Суслов здесь стоит на ступень выше.
— В смысле? Это потому, что Шуйский женат?
— Нет, это потому, что он мудак. Просто поверь мне на слово и старайся не показывать ему, что ты была бы не против. Не надо тебе лезть в это болото — не выплывешь.
Полина приложила ладони к губам и ошарашенно уставилась на свою одноклассницу:
— Только не говори мне, что...
— Все, что я хотела сказать, уже сказала, — отрезала Люба. — Это не твой вариант, ты уже и так достаточно натерпелась. Ищи себе того, кто будет искренне тебя любить. А таких найдется много — будет, из кого выбрать, даже если исключить Суслова.
— Если я начну задавать вопросы про Шуйского, ты же не ответишь?
— Не отвечу.
— Ясно, тогда не буду спрашивать.
— Славно.
— Но, если вдруг захочешь поделиться, я к твоим услугам. И болтать потом не стану.
— Знаю, — улыбнулась Люба. — Если что, я тоже не из болтливых, и то, что ты мне сегодня рассказала, останется между нами. А захочешь поговорить — я тоже рядом.
— Если мама узнает, с кем я подружилась, она будет в шоке, — рассмеялась Полина. — Да и все в классе тоже. Завтрашний день обещает быть незабываемым!