Подобный резонанс существенно ускорил разбирательство по делу, и суд состоялся уже через два месяца после заключения Шуйского под стражу. За изнасилования и растление малолетних его приговорили к десяти годам и семи месяцам лишения свободы в колонии общего режима, а также обязали выплатить потерпевшим компенсацию за моральный ущерб на общую сумму свыше трех миллионов рублей.
Его жена Юлия даже после приговора суда продолжала твердить, что ее мужа намеренно подставили и опорочили. Когда Романа уводили конвоиры, она кричала, что будет любить и ждать его, несмотря ни на что.
Глава 115.
Эпилог.
Едва Люба припарковала машину у дома своего детства, как на нее сразу нахлынули воспоминания. Так всегда бывало, когда она приезжала в родной город.
— Мам, почему ты меня не слушаешь? — дочь, сидящая в детском кресле на соседнем сидении, обиженно засопела.
— Извини, я задумалась. О чем ты говорила?
Девочка потешно нахмурилась:
— Я спросила, а мы в гости сначала к кому: к бабушке или к прабабушке?
— К бабушке. Это же бабушкин дом. А прабабушка живет вон там, где на рынке котят продают, помнишь?
— А-а, котят! Я помню! А мы купим там котенка? Я серенького хочу, с белой грудкой и белыми лапками.
— И потом повезем его три часа на машине? А что, если он захочет в туалет или попить?
— Мы купим ему лоточек и мисочку. На остановках будем наливать в мисочку немножко водички и поить его. А спать ему постелим в коробке на чем-нибудь мягоньком.
— Ну раз ты все продумала, то хорошо, — улыбнулась Люба и расстегнула ремешки на кресле дочери, — а как мы его назовем?
— Пушистиком!
— Вер, ну какой Пушистик? Братика твоего, может, тоже назовем Пушистиком?
Девочка подалась вперед, положила ладошку на мамин живот и серьезно проговорила:
— Там не братик, а сестричка. Ее нельзя называть, как котенка, она же не пушистая будет и без хвостика.
— С чего ты взяла, что там сестричка?
— Потому что ты песенки поешь и танцуешь. А если бы был братик, ты бы дралась со всеми и хулиганила. Мне так папа сказал.
— Да я уж поняла, что папа. Будем ему звонить или сразу пойдем к бабушке и дяде, а позвоним потом?
— Нет, сейчас позвоним, чтобы папа не волновался.
Люба нажала на вызов и поставила телефон на громкую связь.
— Пап, мы приехали! — радостно крикнула в трубку Вера. — Мы купим котенка на рынке, на котором продают котят! Угадай, как его будут звать?
— Ростислав?
— Пап, какой Ростислав? Нет такого имени! Мам, скажи же?
— Имя есть, но котят Ростиславами не зовут, — согласилась Люба.
— Тогда пускай будет Геннадий.
Вера прыснула со смеху:
— Так котят тоже не зовут!
— А как их зовут?
— Нашего будут звать Пушистиком. Но маме не нравится это имя.
— Тогда устроим голосование, когда вы вернетесь с мамой домой, да?
— Да! — охотно согласилась Вера. — А сейчас нам надо проведать бабушку и дядю Филиппа и подарить подарки. Потом поедем к прабабушке с ночевкой и ей тоже будет много-много подарков. А еще дяде Филиппу мы завтра купим специальную кровать, самую удобную на свете. Вот так.
— Какие вы с мамой молодцы! Ладно, кроличек, я еще немного поговорю с мамой. Как будете ложиться спать, позвоните мне, хорошо? Чтобы я знал, что с рыбкой и кроличком все в порядке.
— Хорошо, пап.
Люба выключила громкую связь и приложила телефон к уху:
— Я уже скучаю.
— По мне или по работе? — усмехнулся муж.
— По тебе больше.
— Это хорошо. Я тоже соскучился. Сегодня ночью постель будет ужасно холодная без моей рыжей рыбки.
Люба улыбнулась в трубку:
— Послезавтра мы вернемся, и я все компенсирую, обещаю.
— Как там наша вторая дочка?
— Или сыночек. Как всегда, идеально. Меня даже в дороге не тошнит. Надеюсь, во втором триместре будет то же самое.
— Конечно. И в третьем. Чтобы дверь в кабинет Мовшиной Любови Владимировны до девятого месяца была открыта для страждущих.
— Прекрати, у меня и так скоро декрет.
— Так ты будешь работать из дома, а то я тебя не знаю. Ладно, я это не всерьез. Ты не только самая красивая рыжая рыбка из всех рыжих рыбок, но и самый лучший юрист.
— Ма-ам, — раздался голос дочки.
— Да, да, уже идем, — кивнула Люба.
— К матери подниматься не будешь? — спросил муж.
— Нет, посижу у Инги. А с братом увижусь, когда мама выведет его на улицу. Он любит сидеть на лавке у детской площадки, каждый день так гуляет.
— Бабушка как?
— Пекут с Розой пироги к нашему приезду.
— Не забудь подарить Розе пуделя. Я не шутил, когда говорил, что у меня есть телефон заводчика.