Далее по тексту становилось понятно, что желающих получить от Добровольского ту или иную привилегию было предостаточно, потому как через какое-то время он отгрохал себе роскошный трехэтажный особняк. Причем, воздвиг он его в живописном месте на берегу реки, подальше от общины, сплошь состоящей из простеньких деревянных срубов.
После изнурительной утренней зарядки люди шли в столовую, где получали скудный завтрак. Далее все отправлялись работать. Кто-то ехал в город и до самой ночи продавал там масло, яйца, сыр и молоко, которые производились на ферме в общине. Кто-то отправлялся на свою обычную работу. Читая эти строки, Люба даже не сомневалась, что потом зарплата этих людей отправлялась Богдану карман. Остальные либо работали с животными на ферме, либо занимались производством молочных продуктов, либо хлопотали по дому. Среди последних был и тетка с подругой. Они готовили еду, стирали и убирали в помещениях. И все это забесплатно. За свой труд они получали только членство в общине, койку-место и пропитание.
Только несколько человек были вхожи в дом самого Добровольского. Эти люди считались элитой общины. К ним прислушивались, их уважали и боялись. Всего у царя сектантов имелось четверо слуг: две домоправительницы, кухарка и личный секретарь. Всем остальным было запрещено даже заходить на его участок.
Но потом Богдан придумал новую систему поощрений. По итогам месяца формировался рейтинг людей, которые внесли наибольший вклад в развитие общины. И лучшие из лучших получали возможность попасть к царю в дом на личную аудиенцию. После этого люди начали вкалывать, как проклятые, лишь бы угодить своему главарю. В течение трудового дня люди нередко падали в обморок, от нервного и физического истощения — всем до жути хотелось побеседовать с Богданом в его хоромах. В числе этих ненормальных была и тетя Люба. Несколько месяцев напряженного труда и бессонные ночи принесли свои плоды, и девушка таки добилась своего — стала лучшей среди женщин, работающих в жилых помещениях общины.
И вот настал час Икс, когда тетку пригласили к Добровольскому в дом. Она надеялась получить от него ответы на мучившие ее вопросы о мирском бытие, пофилософствовать вместе с ним, ей хотелось озвучить некоторые свои предложения по улучшению жизни в общине и все такое прочее. Но вместо этого вопросы задавал сам Богдан. Спрашивал ее о семье, увлечениях и мечтах. Девушка была до глубины души поражена, насколько чутким оказался их идейный лидер. Он умел слушать и слышать, мог поддержать и подбодрить. А самое главное — ему действительно были интересны ее мысли. В тот день они проговорили почту всю ночь, а когда прощались, Богдан предложил ей зайти к нему завтра. Через некоторое время девушка и вовсе стала пропадать у него целыми днями. Многим в общине это не нравилось. Женщины ей завидовали, мужчины считали ее греховной совратительницей преподобного, все остальные просто шептались за спиной. Узнав об этом, Богдан переселил тетку к себе, освободив ото всех обязанностей по хозяйству. А позже ей удалось уговорить его взять к себе и Яну. Таким образом, та стала его третьей по счету помощницей по дому. Все были счастливы. Не прошло и пары недель с момента начала тесного общения тетки с Богданом, как она по уши в него влюбилась.
Дочитав второй дневник тетки до конца, Люба сделала перерыв на перекур и уборку. После вернулась бабушка, и чтобы ее лишний раз не нервировать, девушка решила отложить третью часть на воскресенье.
Глава 32.
Третий теткин дневник по-настоящему шокировал Любу. И не потому, что та лишилась невинности с сорокалетним сектантом. Это как раз было вполне предсказуемо. Вряд ли престарелый изврат отказался бы от молоденькой девственницы. Чего она никак не ожидала, так это появления в истории своей матери.
Перед тем, как переехать жить к «Агнцам истины», тетке пришлось придумывать легенду для своей семьи, потому как устав общины запрещал посвящать родственников в дела. Тетка сообщила, что переезжает, дабы было проще добираться до молочного комбината, на котором ей предложили неплохую должность. Якобы путь туда неблизкий, так что куда лучше ей будет жить в деревне неподалеку. Услышав эту историю, бабушка спокойно отпустила дочь в свободное плаванье. В отличие от двух других сестер, «Любочка была славной девушкой и априори не могла замышлять ничего плохого».
Беда пришла откуда не ждали: однажды тетка и Яна отправились позагорать на берегу реки. Там их заметила Тамара, младшая Любина сестра, которую привез на речку очередной хахаль.
— Ого, вот так встреча! Пригласишь в гости на чай, Любка?
— Нет, Тома, я не могу, я же не одна живу... У нас там сейчас куча народу — другие сотрудники комбината — нам с тобой даже присесть некуда будет. — Люба нервно засмеялась. — Такая вот одна большая коммуналка. Тесно, конечно, но куда деваться.