— Бедный Денчик, — вдруг заплакал какой-то пьяный пацан, — такой молодой был, вся жизнь впереди... И, главное, он ни с кем из нас не поделился, не рассказал о своих планах... Как будто не верил, что кто-то сможет ему помочь... А мы что, не люди что ли? Разве не скинулись бы ему на какую-нибудь сауну? Что мы, звери какие?
— Конечно, скинулись бы!
— Да!
— Двух шлюх ему туда впридачу, и девственности как ни бывало!
— Правильно!
— Жалко, что уже поздно, — сказал вокалист «Короедов». — Увы, Денчик предпочел решить проблему радикальным способом. Не уберегли пацана... — Он поднял вверх бутылку с пивом. — Рест ин пис, брат!
— Покойся с миром, Денчик!
— Пусть земля тебе будет пухом.
Тут раздался рев Анжелки, которая совершенно не следила за происходящим и уже еле стояла на ногах. Все собравшиеся сразу уставились на нее.
— Как же это тяжело — терять парней, с которыми вы были близки... — взвыла она. — Как же это больно! Вам, мужикам, не понять... А мы с Любой понимаем. Мы понимаем...
— Так Гвоздь повесился не из-за того, что ему никто не давал? Ну, раз Анжелка его осчастливила...
— Да не спала я с ним! Я с чужими парнями не сплю. У них же с Любой была любовь. Для меня это святое. — Анжелка снова заревела и повисла на плече у Любы. — Какое же это горе — терять любимых... Ты держись, детка, не падай духом. Мы все с тобой!
Десятки пар глаз устремились к Любе. Она была готова провалиться сквозь землю.
«Будь ты проклята, Гусько!»
— Я так и не понял, трахался Гвоздь перед смертью или нет? — поинтересовался кто-то.
— Ну, конечно! — сказала Анжелка. — У них с Любой все было отлично в этом плане!
Ошалевший Пашка Мовшин переводил взгляд с толпы на Любу и обратно.
— Любка, ты трахалась с Гвоздем?? — спросил жирный Саня.
— Да блин... — одними губами произнесла Люба. — Ну было один раз по пьяни.
— Так, получается, вы с ним перепихнулись, и он повесился?
— Да при чем тут я?! — возмутилась девушка. — У нас с ним было сто лет назад!
— Все вы так говорите... Для Денчика этот первый раз, может, стал настоящим подарком судьбы! Он любил тебя, открылся, доверился, а ты...
— Что я??
— Бросила пацана, как ненужную вещь! Вот он и сдал...
— Ну ты, Любка, стерва, конечно!
— Пошли на хрен, дебилы! Мы с ним просто перепихнулись и разошлись, с хрена ли вдруг он повесился из-за меня?!
— Он хотел, чтобы ты стала его девушкой, — заплетающимся языком произнес Степан, барабанщик «Короедов». — Чтобы у вас с ним была семья, дети!
— Ты говна впорол, придурок? Ничего он не хотел. За все это время он мне даже не позвонил ни разу!
— Че вы к Любке прицепились? — вступился за Любу вокалист. — Я ее давно знаю — хорошая девчонка. Денчик тоже был не святой!
От его формулировки у Любы застучало в висках. «Боже, неужели, когда я бухая, то несу такую же дичь?»
Но, видимо, большинство собравшихся смогло уловить смысл только первой и последней фразы, потому что с Любы сразу же сняли все обвинения и даже предложили ей выпить. Было решено продолжать поминки, пока к гаражам не подойдет сосед Гвоздя по хате, который должен точно знать, почему покойный решил самовольно уйти из жизни.
Но вскоре все дошли до такого состояния, что разговоры о Гвозде сошли на нет, и началось настоящее веселье. Кто-то врубил в машине танцевальную музыку, и многие пошли танцевать. Рыжий тип взял Анжелку за руку, и они вместе отправились за гаражи. Жанка уснула, сидя на диване. Кто-то притащил мангал, и парни, которые были в состоянии стоять на ногах, начали жарить шашлыки. Полностью трезвыми оставались только Люба с Пашкой.
— Вот отдалась бы в тот раз мне, не было бы щас этих зашкварных разговоров, — укоризненно сказал он.
— Да я уже сама пятьсот раз пожалела, еще и ты тут нагнетаешь... Уж лучше и правда с тобой, чем с Гвоздем...
— Какого хрена?? — воскликнул Пашка, устремив взгляд куда-то в сторону.
Сначала Люба решила, что такова его реакция на сомнительное сравнение с Гвоздем, но, увидев, куда он смотрит, пробормотала:
— Твою ж мать... Это вообще как так...
К парням, которые жарили шашлыки, пританцовывая под музыку из тачки, направлялся Гвоздь. Живой и здоровый. С ним шел какой-то прыщавый парень.
— Это я такой бухой, — заговорил один из парней у мангала, — или Денчик воскрес?
— Не воскресал он, — огорченно возразил второй, — он просто, походу, не выпиливался...
— А кто сказал, что я выпилился? — удивился Гвоздь.
— Все говорят!
Гвоздь повернулся к своему прыщавому спутнику: