— Ну-ну.
— Я не пойму, Мовшин, — прищурилась девушка, — ты меня сейчас в чем-то обвиняешь?
— Даже не думал. Я не мусор, чтобы тебя обвинять. Если че, даже готов соврать, что в тот день ты трахалась со мной и потому никак не можешь быть причастна к преступлению. Но в таком случае нам надо хотя бы разок перепихнуться. Вдруг они решат удостовериться в правдивости моих показаний и спросят у тебя, насколько огромен мой член. Сама понимаешь, будет глупо, если ты посыпешься на таком простом вопросе.
Они дошли до гаражей короедов, где уже собралась внушительная толпа. Люба тут же прикинула в уме, что даже если разрезать сосиски напополам, их все равно на всех не хватит. Заметив пару знакомых пьяных физиономий, она живо смекнула, кого можно отправить в магазин докупить жрачки и при этом самой не потратить ни копейки. В итоге все вышло как нельзя лучше: еды хватило на всех, а бухла было даже больше, чем нужно. Праздник прошел на ура: были и танцы под музыку из «Лады», и шашлыки, и даже неплохой махач, когда два типа не поделили между собой вхлам бухую Анжелку.
Под конец вечера, когда все уже начали расходиться, пьяная Каринка схватила Пашку под руку.
— Пошли, — игриво скомандовала она.
— За гаражи? — ухмыльнулся тот.
— Проводишь меня до дома.
— А что мне за это будет?
— То же, что было бы за гаражами, только в более комфортных условиях.
Пашка охотно согласился, и они, смеясь и флиртуя друг с другом, удалились. Люба курила, задумчиво глядя им вслед.
— Капец он красивый, да, Любка? — заплетающимся языком протянула Жанка, которая только что вышла из гаража.
— Шуйский тоже красивый, только хуле толку? Иногда мне даже кажется, что чем чувак красивее, тем хуже.
— Так что теперь, уродов что ли выбирать?
— Жаннет, между красавцами уродами существует еще до фига промежуточных вариантов. Выбирай среднее арифметическое, не прогадаешь. Ты, кстати, все собрала?
— Ага, — Жанка гордо продемонстрировала пакеты в руках. — И жратву, и бухло.
— Тогда порядок, Гусько. Пойдем домой, завтра рано вставать.
Путь им преградил один из парней, который ходил по нужде за гаражи. В руке он держал телефон.
— Говорят, Регинка Рубанова очнулась, — шатаясь, сообщил он. — Скоро узнаем, кто ее так. Хотел бы я на него посмотреть. Здоровый небось лось.
— Ага, — сказала Люба, стараясь сохранить привычное выражение лица, — стопудово здоровый.
Глава 55.
В понедельник Люба ушла с предпоследнего урока. Жанке она соврала, что у нее первый день месячных, и сильно болит живот.
Выйдя со школы, Любы отправилась в сторону больницы. По дороге она зашла в магазин, купила килограмм яблок, полкило бананов и бутылку восьмиградусного пива. Алкоголь избавил ее от гнетущих мыслей и придал столь необходимой легкости, так что в нейрохирургическое отделение она поднималась чуть ли не летящей походкой.
— А вы не знаете, в какой палате лежит девушка по имени Регина? — поинтересовалась Люба у технички, которая резкими движениями швабры наводила чистоту в коридоре. — Ее сегодня перевели из реанимации.
Техничка подняла на нее угрюмый взгляд.
— Внутрь пускают только родственников. Девка пока еще больно тяжелая.
— Так я сестра ее. — Люба подняла в воздух пакет с фруктами. — Мы от разных отцов.
Похоже, тетку ничуть не смутило, что «сестра» Регины не знает номер ее палаты. Куда больше ее волновала чистота на подведомственном этаже.
— Бахилы где? Без бахил не пущу. У нас в отделении все стерильно.
Люба хлопнула себя по лбу.
— Ой, извините, пожалуйста, совсем из головы вылетело! Сестренка все-таки, понимаете? Сейчас спущусь на первый этаж — куплю.
— Заодно в регистратуре возьми пропуск к сестре. Паспорт покажешь, объяснишь ситуацию. Семьдесят девятая палата, отделение нейрохирургии.
— Так и сделаю, спасибо вам огромное!
Все-таки вежливость была страшным оружием — техничка мгновенно смягчилась и махнула рукой. Купив бахилы и вернувшись в отделение, Люба смогла беспрепятственно добраться до нужной палаты. Никто даже не окликнул ее, чтобы проверить наличие пропуска.
Девушка смотрела на табличку с номером «79», но все не решалась войти. Внезапно дверь распахнулась, и из палаты вышла Марина, настоящая сестра Регины. От нее все так же попахивало перегаром и рыбой, но уже куда меньше, чем в прошлый раз.
— О, — сказала она, — и ты здесь? Друзьям к ней нельзя, только родню пускают. Придется тебе подождать, пока Регинка не оправится.