— Наверное, да… — объяснение кажется логичным.
Я успокаиваюсь. Остаток дня мы занимаемся сбором вещей и подготовкой к выпускному.
Вечером, когда раздаётся приглашение на выпускной, мы в полной боевой готовности. На мне зелёное с блёстками коктейльное платье до колена, Дина как настоящий сорванец в юбке-пачке и ботинках. Вместе мы смотримся очень неоднозначно.
— Я хотела бы ещё волосы в синий покрасить, — вздыхает Дина, — но эти правила…
— Настоящая Мальвина в стиле рок получилась бы, — смеюсь я.
За столько лет дружбы я видела Дину во всех проявлениях её бунтарской натуры: то она отращивает волосы, то стрижётся под мальчика; то грызёт ногти, то отращивает их до такой длины, что ей делают замечания. Мимо меня это всё как-то прошло. Мне не хочется выделяться. Мне хочется покоя, чтобы меня особо никто не замечал.
— Зато весёлая и не такая правильная, как некоторые, — делает книксен подруга.
Мы приходим в зал торжеств, где в конце марта проходило празднование Дня Благоденствия. Здесь всё украшено — повсюду цветы и ленты. Разодетые девушки бросают кокетливые взгляды на парней. А те, в свою очередь, отвешивают цветистые комплименты, и дерзко разглядывают стройные фигуры, затянутые в праздничные наряды. Летящие платья, двусмысленные взгляды, тонкие намёки, приглашения на танцы — атмосфера искрит ожиданием чего-то грандиозного. Чего-то, что бывает лишь раз в жизни — выпускного. Бессменная ведущая Аврора объявляет мероприятие открытым, мы встаём и поём гимн нашего Дома. Потом все расходятся фотографироваться для альбомов, пока макияж свежий и не принесли закуски.
Мы с Диной выбираемся из павильона и видим красавицу Елену, окружённую толпой поклонников, как обычно. Она с кокетливым видом говорит что-то Натану и смеётся. Потом берёт Лару под руку и идёт к нам.
— Рада видеть вас! — весело улыбается она.
— Взаимно, — и мы обнимаемся.
— Давайте сфотографируемся на память? — и все идём к красивому лавандовому стенду. Фотограф размещает нас четверых, мы улыбаемся, и фото получается с первого кадра. Разглядывая снимок я чувствую щемящую тоску по тому, что вот-вот закончится. Мне хочется сжать девчонок до хруста костей и стоять так, обнимаясь, долго-долго. Но я этого, конечно же не делаю…
Дина с Ларой отходят для фото со своей командой пловцов.
— Я видела Дани Ан, — выдыхает Елена мне в ухо. — Уверена, что он приехал за мной.
— Поздравляю, вижу, как ты счастлива.
— Да не то слово! А ты почему такая, как будто немного не здесь?
— На меня пришло назначение, мне сказали сегодня утром.
— Так быстро? — поднимает бровь Елена.
— Да, и слишком внезапно для меня. Я до сих пор не могу это переварить. Мне кажется, что это всё не со мной. А я уже даже в отдел документирования ходила.
— Надо же, — задумчиво тянет Елена. — А мне ещё ничего не сказали. Хотя, я не особо удивлена. Тео Ан настолько могуществен, что такие вещи может решить одним щелчком пальца, я уверена.
— Как тебе повезло, — грустно отвожу глаза. — Ты готова к назначению, за тобой приехал твой господин. А меня заберут рано утром, я даже не знаю кто. Кое-как со своим подопечным сегодня попрощалась и никому ещё ничего не говорила. Вообще не чувствую в себе сил на это, и не знаю, смогу ли сказать и не расплакаться.
— Ну и не говори, — обнимает меня Елена. — Какое всем дело! Можно послать письма. У тебя ведь есть электронки.
— Да, ты права. Просто… просто мне тяжело, и это какие-то недостойные мысли. Ведь я должна радоваться, что могу послужить, а я, скорее, недовольна тем, что это случилось так скоро, и не могу справиться с эмоциями.
— Ты обязательно справишься, — Елена смотрит в глаза. — Это просто временная слабость. Посмотри на себя в зеркало и скажи: «Я справлюсь!» Мне всегда помогает.
— Спасибо. Мне уже от одних твоих слов стало легче. Как будто именно это и нужно было услышать, — по-дружески тепло сжимаю её руку и чувствую, как увлажняются глаза.
— Я просто понимаю это ощущение. Мне ведь тоже предстоит скоро уехать. Только мне легче, чем тебе: я знаю, кто он. Он мне нравится, и я возлагаю на это назначение большие надежды. И у тебя всё будет хорошо, я уверена.