— Кажется, что-то пошло не так, — задумчиво протянул Рид в оглушающей тишине, воцарившейся в зале. Но эти слова словно сорвали плотину, так что уже через секунду манеж потонул в возмущённых криках и гомоне орков.
— Тихо! — кем бы ни был судивший поединок старый орк, у присутствующих он явно пользовался серьёзным авторитетом. Поскольку даже стоящий за правым плечом сына, Харкон перестал материться и выжидающе уставился на вышедшего в центр круга старейшину. А тот, дождавшись, когда гости утихнут, склонился над телом Боера и, поведя над его изуродованным лицом рукой, покачал головой. Выпрямившись, старик нашёл взглядом Рида. — Хороший бросок, ван Лоу. Честная победа.
Где-то в глубине толпы орков поднялся недовольный гул, но тут же стих, стоило старику обвести взглядом толпу.
— У семьи Танни нет претензий к победителю, — проговорил он, и выжидающе глянул куда-то в сторону. Секунда, другая, и…
— У семьи Ратти нет претензий к победителю. Честная победа, — проскрипел чей-то голос, как раз с той стороны, куда смотрел старейшина и судья.
— У семьи Нарди… — но что хотел сказать представитель этой семьи, осталось неизвестным. Его слова просто заглушил взрыв, раздавшийся где-то на улице.
[1] Дикие века — иначе, Эпоха Стихий и Стали, предшествовавшая нынешней «магомеханической эре». Времена, когда на поле боя правили клинки и грубая «стихийная» магия, транспортом на суше служили лошади и ездовые ящеры, а движителями на море были паруса и воздушные маги. Время расцвета карликовых монорасовых государств и междоусобных войн.
Глава 2. Стреляли…
Лина окинула взглядом совсем не по-осеннему ярко-зелёный газон лужаек орочьего поместья, явно обихоженный к приезду гостей знающим магом-природником, и, покачав головой, вновь потянула за собой подхваченного под руку молчаливого брата. Скрипел под ногами прогуливающихся белоснежный морской песок ровных дорожек, и длинные тени алых клёнов шумели над их головами…
— А птиц совсем неслышно, — задумчиво проговорила девушка.
— Хм, — Герхард Трой неопределённо пожал плечами, — осень же. Улетели, наверное.
И словно в насмешку, откуда-то сбоку раздалось громкое, почти оглушающее карканье.
— Не все, как видишь, — всё тем же отстранённым тоном произнесла Лина. — Некоторые — наоборот, прилетели.
— М-да, уж, — покосившись на огромного чёрного ворона, что-то сосредоточенно выклёвывающего из травы, Трой передёрнул плечами. — Идём-ка в дом, темнеет, орки вот-вот объявят начало пира.
— Скорее, тризны, — вздохнула сестра и, встряхнув головой под недоумённым взглядом брата, будто нехотя улыбнулась. — Идём-идём, есть хочу.
Впрочем, скрыть истинное настроение за неестественной улыбкой у неё не получилось. Не перед Герхардом.
— Лина, — притормозив сестрёнку, тот пристально на неё посмотрел. — Что-то случилось, или… ты что-то увидела?
— Почувствовала, Герди, — вздохнула девушка, но тут же покачала головой. — Не сейчас, давай позже поговорим об этом?
— Дома? — предположил Трой, пропустив мимо ушей то, как сестра опять сократила его имя. — А если это что-то важное? Что может пригодиться на предстоящей встрече?
— Вряд ли, — после некоторой заминки произнесла Лина. — То, что случилось, уже случилось, и значения более не имеет.
— Это твоё мнение? — со значением выделив второе слово, поинтересовался Герхард, по-прежнему не позволяя сестре утянуть себя вперёд по дорожке.
— Не только, — довольно неопределённо отозвалась Лина и нахмурилась. — Идём, братец. Слышишь гонг? Гостей зовут к столам.
Вдалеке действительно слышался низкий звук гонга, а стоило брату и сестре обогнуть небольшую рощицу, как им открылся вид на распахнувший двери павильон, раскинувшийся на небольшом искусственном острове, посреди идеально круглого озерца. И по причудливо изогнутым мостикам, перекинутым с его берегов, к павильону уже стекались гости, довольно разномастные, надо признать. Кого здесь только не было! Люди и эльфы, гномы и цверги, асуры. И даже парочка троллей нарисовалась. Ну и орки, разумеется. Лепреконов, вот, не было, но это и неудивительно, учитывая какие «тёплые» отношения связывают Семью Цатти с этим племенем. Войны между орками и лепреконами, конечно, можно не ожидать, но представителей местной общины зеленовласых, в поместье Шануш, после относительно недавних событий, можно было бы затащить лишь связанными и оглушёнными.
У гостеприимно распахнутых дверей павильона гостей встречало весьма представительная компания. Здесь нашлось место и обоим главам семьи Цатти — что прошлому, что нынешнему, и паре хмурых старейшин, явно слишком редко выбирающихся из родовых земель клана, и от того неуютно чувствующих себя в непривычной «городской» одежде. А вот стоящий рядом со старым Харконом, опирающийся на щёгольскую трость с серебряным набалдашником и сияющий наглой улыбкой, хуманс, кажется, вовсе не испытывал никакого неудобства. Ни от окружающей его компании орков, ни от рычащей на него через плечо брата младшей дочери Харкона, ни от любопытствующих взглядов гостей. Впрочем, насколько Трои успели изучить сего господина, такая вещь, как смущение, вообще была несвойственна бывшему главному инженеру и совладельцу мастерской по выделке кадавров, Ридану ван Лоу.
— С кем это он успел сцепиться? — шепнул на ухо сестре Герхард, окинув взглядом довольного знакомого. — Видишь, ногу бережёт?
— Вижу… постараюсь узнать, — одними губами ответила та, чтобы уже в следующий миг ответить Ириде Цатти на её приветствие, пока брат расшаркивался с отчего-то напряжёнными хозяевами поместья.
Единственный зал павильона бурлил и гудел. Гости не торопились рассаживаться за длинным общим столом, они толклись в проходах, о чём-то переговариваясь, приветствуя знакомых и одаривая конкурентов и соперников радушными улыбками донных акул. А Трой только хмурился.
— Ничего не замечаешь? — спросил он сестру.
— Шумно, — пожала плечами та и, чуть помолчав, добавила: — как, впрочем, везде, где собирается больше десятка серошкурых… Э?
— Вот то-то и оно, — кивнул Герхард, прекрасно поняв удивлённую гримасу сестры. — Здесь сейчас собралось куда больше орков, а шуму… как будто их всего десяток.
— Они какие-то напряжённые, — протянула Лина, сосредоточенно оглядывая толпу гостей, в которой нет-нет да мелькнут лица представителей Цатти. — Вроде бы улыбаются, и даже гогочут друг с другом… но…
— Слишком нервно, — договорил за неё Трой. — И мне это не нравится. Определённо, не нравится. Хотя и опасности я не чую.
— И я, — поддакнула Лина, почувствовав напряжённо-вопросительный взгляд брата.
— Странно это всё, — заключил Герхард. — Вот что, Лин. Не будем расслабляться. Кто его знает, чем дело обернётся.
— Ничем потрясающим, господин Трой. Смею вас заверить.
Брат с сестрой резко обернулись на внезапно прозвучавший за их спинами голос. Лина вздрогнула, а Герхард и вовсе чуть не выругался. Позволить подкрасться сзади человеку с тростью! Это было… крайне непрофессионально с его стороны.
— Уверены, ван Лоу? — справившись с удивлением, проговорил Герхард.
— Абсолютно, — обезоруживающе улыбнулся Рид и, чуть поморщившись от собственного неосторожного движения, явно потревожившего больную ногу, договорил: — лимит потрясений в этом доме на сегодняшний день исчерпан. Заверяю вас.
— Что ж… пожалуй, я вам поверю, — с неохотой произнёс Трой, а Лина не удержалась.
— Но только после полуночи, если позволите, ван Лоу, — пропела она. — Имея удовольствие знать вас так, как знаю я, смею предположить, что если лимит этого дома и исчерпан, то ваш собственный точно ещё не показал дна.
— Я учту… — сохраняя улыбку на лице, произнёс Рид, но вот взгляд его на миг явственно похолодел, — … ваше мнение, госпожа Лина. В конце концов, кому и доверять в таких вещах, как не вам?
— О… брось, Рид! — искренне улыбнулась девушка, моментально переходя на фамильярный тон. — Я не имела в виду ничего такого, честное слово! Это всего лишь результат наблюдений за твоими приключениями, не более! Логическое заключение, можно сказать. И только… Ты же не будешь утверждать, что один-единственный ушиб за день — это всё, что тебе жалует фортуна?