– В ГУМе.
– Жди у фонтана.
Бросив трубку, Филипп кинулся в ванную, наскоро привел себя в порядок и вылетел из квартиры с влажными волосами, не думая о том, что на улице минус тридцать.
Всю дорогу Фил думал о том, что же Белка хочет рассказать ему. Что с ней такое случилось, что она перестала делать вид, что они не знакомы? Больше всего его взбесило это притворство. К чему эти тупые игры? Ну разлюбила, ну решила вернуться к своему бывшему, ну забыла все, что их связывало, но зачем делать такие удивленные глаза и нагло врать, что она едва его знает? Видимо, у Белки за этот день произошло нечто очень серьезное, раз теперь она отбросила свои игры и позвонила сама, умоляя о помощи. Где вообще она раздобыла этот номер?
Когда Филипп увидел ее у фонтана торгового центра, то от неожиданности замер на месте. Вид у Белки был нелепый в тонкой майке, джинсах и летних сандалиях, словно на улице стояла невыносимая июльская жара. Девушка ежилась от холода и напоминала потерявшегося звереныша. У нее были такие напуганные глаза, словно наступил Конец света.
Это настолько сбило Филиппа с толку, что он напрочь забыл весь свой монолог, отрепетированный в машине, и, скинув с себя куртку, накинул ее на дрожащую девушку.
– Что с тобой случилось? Почему ты так одета? Тебя выгнали из дома?
– Я… Как бы тебе это сказать… Ты не поверишь! Это все покажется тебе пранком каким-нибудь.
– Пойдем в кафе! Тебе нужно выпить горячего чаю. Ты как ледышка! Так и заболеть можно. И тебе нужно переобуться.
– У меня нет денег купить сапоги. Все, что у меня с собой было, я потратила на эти сандалии, суши, «Шоколадницу», разбитое окно Настиных соседей и такси.
Филипп улыбнулся. Белка рассмешила его своей непосредственностью, предоставив полный отчет по своим расходам.
– А! Теперь я понял, что ты имела в виду, когда говорила, что тебе нужна моя помощь. Ты присмотрела новые сапожки и вызвала меня, чтобы я их тебе купил, так?
Белка бросила на него сердитый взгляд.
– Заметь, это не я сказала, что мне нужно переобуться. Мне и в сандалиях хорошо. И куртку свою тоже можешь забрать.
Филипп рассмеялся. Как же он по ней соскучился! Как же ему ее не хватало! Даже этих споров и ссор!
– Я всегда любил смотреть, когда ты сердишься. У тебя в этот момент глаза так горят, прямо сверкают!
В ответ Белка тяжело вздохнула. Ей хотелось сказать ему, что он путает ее с другой девушкой, но она вовремя сдержалась, иначе бы молодой человек снова разозлился, как тогда в баре, и убежал.
– Пошли купим тебе сапоги! – Фил чувствовал, как его губы непроизвольно расплываются в улыбке как у Чеширского кота, и ничего не мог с этим поделать. До того его переполняло счастье.
– Спасибо, не надо.
– Я их не ради тебя покупаю вообще-то. Просто не хочу позориться в кафе рядом со странной девицей в сандалиях.
Глаза Белки снова вспыхнули ярким пламенем. Она бы с удовольствием послала его подальше, но, судя по ее взгляду, подумав, снова сдержала себя.
– Мне не нужны твои сапоги! – отчеканила девушка.
– Белчонок, ну я же шучу! Ты чего злишься? Конечно, я хочу купить эти чертовы сапоги, потому что волнуюсь за твое здоровье, и не хочу, чтобы ты слегла с температурой.
По дороге в кафе они все-таки зашли в обувной магазин и купили симпатичные белые ботинки, такие теплые, что ноги моментально расслабились в них и почувствовали себя как в уютных домиках. На радостях, что его Белка теперь рядом с ним, Филипп настоял на том, чтобы они зашли в магазин верхней одежды, и купил ей пуховик под цвет обуви. Он собирался подарить ей роскошную шубку, но Белка наотрез отказалась от меха.
– Ну, давай рассказывай все по порядку! – сказал Фил, когда они сели за столик и сделали заказ. – Только с того самого дня, когда ты ушла от меня.
– Филипп, ты только не психуй и послушай меня сначала. Я не уходила от тебя. Я никогда не была твоей девушкой. Ты меня с ней путаешь.
– Ты издеваешься надо мной?! – он почувствовал, что снова закипает.
– Выслушай мою историю, пожалуйста! Я сама уже ничего не понимаю. Но, надеюсь, что ты мне поможешь хоть в чем-то разобраться.
Белка принялась рассказывать о том, как несколько месяцев назад начала новую жизнь – съехала от родителей в съемную квартиру, устроилась танцовщицей в ночном клубе, а недавно стала обнаруживать в себе необычные способности – феноменальную память, знания языков, которые не изучала, талант художника и, самое главное, – перемещение во времени и пространстве. Она поведала о том, как во дворе монастыря к ней подошли служительницы с дневником испанской монахини Марии, как его хотел выкрасть лысый тип, как за этот день ей удалось побывать в прошлых веках – сначала в Плимутской колонии на территории современного штата Массачусетс и в доме японской гейши, затем на острове Сицилия и далекой Австралии.