Неплохо, неплохо. Разглядывая себя в убогое зеркальце, что Анисия расторопно откопала в сундуке, я увидела княжну из русских былин. Да и вообще создавалось такое ощущение, что одежда, обувь, украшения – всё это мне давно привычно, поскольку чувствовала я себя в них совершенно раскованно, даже несмотря на довольно тяжелый вес венца. Хм… Как всю жизнь носила.
Вот не зря говорят психологи: “Правильный наряд может мгновенно поднять самооценку”. Уж от заниженной самооценки я и так не страдала никогда, а в этом одеянии и вовсе почувствовала себя настоящей княжной.
Оглядывая себя и так и сяк, я не услышала торопливых и нервных шагов. В комнату вбежала очередная подручная Ганны и истерично завопила на всю светелку:
– Едет! Едет! Светлый князь Волемир пожаловал!
– Господи, – поддавшись настроению и не контролируя себя в этот момент, я рявкнула:
– Что ж ты так орешь-то? Ну едет – и что?
Тетки синхронно глянули на меня, выпучив глаза и открыв от изумления рты, так что у меня похолодело внутри. “Вот дура!” – выругалась я про себя и добавила.
– Дядя! Хорошо! Приехал! – и тупо улыбнулась.
Увидев на их лицах облегчение, я выдохнула… Ладно. Спишут на то, что в суматохе и делах померещилось или на общую усталость.
Тетки засуетились и, оттерев от меня Анисию в дальний угол комнаты, вывели в коридор и торопливо направились к главному входу. Там, уже при параде, стояла Ганна в расшитой серебром кичке и парадном сарафане. По левую руку ее стоял сын князя Игнат в наряде, напоминающем одежду королевича Елисея из всем известной сказки.
Мальчишка явно волновался и бесконечно переминался с ноги на ногу, периодически с презрением поглядывая на толпу простолюдинов внизу, что образовала широкий проход для князя от ворот до крыльца терема.
Ворота были открыты нараспашку, и вдалеке уже виднелись столбы пыли из под копыт загнанных в дороге лошадей.
Сердце мое замерло в предчувствии едва уловимых перемен в моем положении. В ворота въехало двое нарядных всадников, позади которых шла запряженная парой лошадей телега, груженная чем-то, что скрывалось за большим куском грубой мешковины. За вожжами сидел хмурый суровый мужик с седой бородой лет шестидесяти пяти.
Первым всадником, как я поняла, и был мой дядя. Ну что ж… Поглядим на тебя… ДЯДЯ!
Дорогие мои друзья! Приглашаю вас в мою книгу "Хозяйка проклятой крепости". Непростая история о попаданке, которая не только улучшает свою жизнь, но и жизнь близких ей людей. Развитие героини не заставит долго ждать. Пример того, как обстоятельства заставляют посмотреть на жизнь совершенно иначе!
Спасибо всем за комментарии, звездочки и награды! Это очень важно для меня, особенно как для начинающего автора! Всем приятного прочтения и любви! Пусть она наполняет вашу жизнь радостью и светом!!!
ГЛАВА 18 Трапеза
При виде всадников толпа простолюдинов и дворовых рухнула на колени и начала что-то жалобно причитать нестройным многоголосым хором. Из толпы только двое, поприличнее одетых мужичков, остались стоять.
Позже, повинуясь взмаху руки князя Волемира, один из них безропотно подошел к ногам коня и, согнувшись в три погибели, подставил спину, как ступеньку, тяжело отдувающемуся князю; второй же бережно поддерживал князя за локоть.
Князь Волемир обладал грузным телосложением, выдающимся ростом и крупной породистой головой. Выразительными чертами лица: орлиным носом, массивным подбородком, чуть вьющимися, с небольшой сединой, волосами.
Его можно было бы назвать симпатичным, если бы не тяжелый, будто налитый свинцом взгляд из-под густых нахмуренных бровей. Судя по тому, как замерла Ганна, не решившись лично подойти к хозяину, тот явно находился не в самом благополучном расположении духа.