- Этого, Йомэй, я тебе сказать не могу.
- Что? Но ведь вы обещали…
- Отвечу лишь, что ты меня не разочаровал. Ты именно такой, каким я хотел тебя видеть. Я надеялся найти в тебе достойного преемника, но не думал, что смогу полюбить тебя, после того, как меня предал Торио. Однако это произошло. Твоя судьба теперь важнее, чем моя собственная. Поэтому постарайся вернуться из Киото живым и невредимым. – Этими словами даймё Асакура сразу закрыл Широ рот.
- Мицуёри-сэнсей просил меня передать тебе вот это, - господин Райдон достал ещё один свиток. – Это свидетельство, подтверждающее, что ты окончил школу кен-дзюцу.
- Я же не сдал экзамен!
- Ты не смог поднять руку на своего учителя, тогда как все остальные это сделали. – Кивнул Асакура. – Мицуёри-сэнсей считает, что это о многом говорит. Так что бери свидетельство, оно твоё. А вот Юки-куну ещё придётся потрудиться.
[1] Тайсэй – пятидесятник, командующий полусотней солдат (тай)
[2] Го – пять человек, самая мелкая военная единица.
[3] Тайки – старший бригадир, у которого под командованием находилось от десяти до пятнадцати рё (сотен человек)
Глава 6 ДОРОГИ РАСХОДЯТСЯ
На сборы ушло меньше суток, если учесть, что сборами занимался один Юки. Широ лишь тщательно упаковал свою прекрасную катану, которую так и не решился надеть. Господин Райдон вручил ему большой пакет с разнообразными бумагами, в том числе с паспортом, удостоверяющим имя и положение Широ, с пропускным свидетельством и отчётом, который Широ должен был передать императорским чиновникам. Существенным подарком был кошель с деньгами и коробочка инро[1], украшенная изображениями гоняющихся друг за другом крыс. Широ не особенно любил крыс, но оказалось, что инро является работой выдающегося мастера, и пришлось подвесить её справа от вакидзаси.
В одиннадцатый день одиннадцатого месяца маленький отряд двинулся в путь. Впереди ехали Широ и Юки, который держал за уздечку ещё одну лошадь, навьюченную мешками с одеждой и подарками для чиновников. Ботан, Даики и Кента, равнодушные, как всегда, следовали за ними.
- Да пребудет с тобою благословение всех богов, Будд и бодхисаттв, - напутствовал приёмного сына даймё Асакура. – Визит к императору – важнейшее событие в твоей жизни, помни об этом и постарайся произвести хорошее впечатление. А по возвращении тебя ожидает ещё одно важное событие – женитьба.
Эта новость была оглушительнее всех прочих. Позднее Широ догадался, что господин Райдон нарочно обрушил на него сообщение о грядущей женитьбе уже тогда, когда он, Широ, сидел на лошади, готовясь двинуться в путь, - в результате вместо скорби от расставания с полюбившимся замком Мино Широ провалился в новую бездну печалей. Юки, старавшийся поначалу шутить и занимать его разговорами, вскоре заметил, что хандра лучшего друга как-то слишком уж глубока.
- Это ведь ненадолго, месяца полтора-два! Не горюй, Широ, скоро вернёмся!
- Что? Я не из-за этого.
- А из-за чего?
- Асакура-сама хочет меня женить! – Пожаловался Широ.
- Ну и что? – Ничуть не удивился Юки. – Я даже удивлён, что он не сделал этого до сих пор: обычно юноши женятся лет в пятнадцать-шестнадцать, а тебе уже почти семнадцать. Давно пора жениться!
- Но я не хочу!
- Почему?
Тупость Юки начала раздражать Широ.
- Потому что мне хорошо одному. Неужели это непонятно? Мне не нужна никакая жена.
Юки улыбнулся:
- Скажи уж прямо: «Никогда не общался с девушками, не знаю, что делать с женой».
- Общался я с девушкой один раз, и ты сам знаешь, что из этого вышло. С тех пор как-то больше не хочется. Как представлю, что такая вот Акико-тян будет постоянно бродить за нами и лезть во все наши дела…
Юки прыснул и тут же прикрыл лицо рукой.
- Простите меня, Йомэй-сама. Знаете, что? Пожалуй, вам действительно ещё рано жениться.
В смехе Юки не было ничего обидного, но Широ это всё равно не понравилось.
- Ну что я опять сказал такого смешного?
- Да нет, ничего смешного. Радуйтесь, Йомэй-сама, что вы мужчина. Вас, конечно, тоже никто не спрашивает, хотите вы жениться или нет, но женитьба ничего в вашей жизни существенно не изменит, ведь жена – это ваша собственность. Если не захотите, чтобы она «постоянно за вами бродила», то можете запереть её в комнате и никуда не выпускать. А вот девушку жалко. Жить с нелюбимым и нелюбящим мужем – что может быть ужаснее?
- Все девушки так живут и не жалуются! – Отмахнулся Широ. – Они ведь не такие, как мы, им не нужны ни свобода, ни путешествия, ни развлечения. Всё, что они любят – это наряжаться, плакать и стряпать печенье. Они неинтересные, хотя бывают очень хорошенькими. Но господин Райдон наверняка женит меня на какой-нибудь высокородной страхолюдине.
Юки так и согнулся от смеха.
Между тем очертания замка уже исчезли вдали, путники обогнули деревню и пустили коней галопом. Грусть Широ пошла на убыль: он ещё немного посокрушался трагическим переменам в своей счастливой холостой жизни, но вскоре ему это надоело, тем более что Юки и не думал разделять его горести. Женитьба – это когда ещё будет! Путешествие в Киото гораздо интереснее и важнее всего прочего.
За деревней начиналась дорога, обсаженная криптомериями, копыта лошадей бойко стучали по ровному, утрамбованному тысячами босых ног тракту. Было не холодно для конца осени, деревья ещё не сбросили всей листвы и радовали глаз тёмно-красным свечением. Лучи низкого солнца косо ложились на землю.
Свежий ветер приятно холодил лица, но мешал разговаривать. Постепенно Юки и Широ замолчали, думая каждый о своём. Каждый хранил секрет, о котором пока не решался сказать другому: Широ размышлял о первом в своей жизни убийстве, которое ему скоро придётся совершить.
По первоначальному плану остановиться на ночлег всадники должны были в крошечной деревушке на самой границе, но Широ приказал двигаться вперёд, не останавливаясь. Солнце уже касалось горизонта, когда они миновали таможню на въезде в провинцию Тоги и углубились в бамбуковый лес.
Уже высохший и поэтому совершенно прозрачный, лес встретил их свистящей тишиной, изредка нарушаемой тихим потрескиванием. Стук копыт звучал, как барабанная дробь. Светло-коричневые сонные стволы бамбука покачивались над головами.
- Как тут красиво! – Шепнул Юки. – Но где же мы будем ночевать?..
Широ не ответил. За его спиной в полном молчании ехали три человека, которым он давно поклялся отомстить и, кажется, другого подходящего момента ещё долго не будет. Ночевать в компании этих предателей он не собирался. Если ещё дольше откладывать месть, то, пожалуй, даже Юки начнёт считать его трусом, а Широ вполне хватало укоров собственной совести. Проехав по лесу около ста дзё[2] и убедившись, что никаких признаков человеческого жилья поблизости не осталось, Широ приказал всем остановиться. Пока телохранители распрягали лошадей и устанавливали походный шатёр, он потихоньку вынул из чехла, подвешенного к боку лошади, меч в ножнах из кожи ската. Это действие не укрылось от взгляда Юки.
- Зачем вы достали катану? – Напряжённо спросил он. – Вы же знаете, господин Райдон не советовал этого делать. Быть беде!
- Я знаю. – Мрачно ответил Широ.
- Что вы задумали?
Широ сунул ножны за пояс и несколько раз наклонился, чтобы разогнать кровь. Он старался глубоко дышать и отогнать все посторонние мысли подальше. Карта, Киото, император, женитьба – это всё потом, потом. Сейчас нужно выдержать экзамен на храбрость. Лишь бы меч не подвёл.
Положив правую руку на рукоять, Широ стоял поодаль, дожидаясь, когда Кента, Даики и Ботан закончат свои дела и обратят на него внимание. Телохранители стояли спинами к нему, о чём-то тихо переговариваясь. Все трое не снимали мечи.
Наконец по сигналу Ботана они обернулись и, увидев, что Широ готовится вынуть меч, ничуть не удивились этому. Все три лица, казавшиеся Широ абсолютно одинаковыми, были обращены к нему.