- Представьте себе, он усыновил какого-то сопливого недоноска, фактически купив его у родного папаши. Судя по всему, мальчишка ровным счётом ничего не стоит, - мои шпионы описывали его именно так. Однажды я набрался смелости настолько, что вернулся в Мино и жил там несколько недель, никем не узнанный. Меня не поймали: ведь прошло столько лет, никто и помыслить не мог, что я ещё жив и осмелюсь вернуться в родные края! Там я собрал кое-какие сведения о своём названном братце и подкупил трёх самураев, его охранников, договорившись, что они убьют или хоть покалечат этого прыщавого самозванца. Увы, но эти дураки оказались ни на что не годными. Я ещё два или три раза подсылал к нему убийц, подкупил даже его родного брата из прежней семьи, - но снова увы, мальчишка как заколдован. Что это такое – сверхъестественная везучесть, или он и вправду что-то умеет? Больше всего я сожалею, что не смог увидеть его своими глазами.
- Как же вы смогли бы его увидеть?
- Да, я не уточнил, что этот мерзавец сейчас в Киото. Ну, во всяком случае, ещё был здесь несколько дней назад. Может быть, уже уехал. Он посещал императора! К счастью, мой покровитель – особа, приближённая к императору, так что теперь я знаю мнение о нём ещё одного человека. И, если верить этому мнению, мой сводный братец – маленький пронырливый негодяй. Я не сказал, как его зовут? Отец назвал его Йомэем.
- Асакура Йомэй, значит.
- Да.
- Так из-за чего вы беспокоитесь, Торио-сама? Если вы хотите, чтобы этот Йомэй умер, я его убью.
- Конечно, убьёте. Вот только искать-то его как? Когда последнее покушение не удалось, Йомэй сбежал из гостиницы, где останавливался, и где он сейчас, никто не знает. Киото слишком большой город. А может, он уже вернулся в Мино. Так или иначе, а я и мои люди сплоховали. Поздно ловить Йомэя. Но, возможно, это и к лучшему: честный захват вражеской территории ни у кого не вызовет нареканий, а вот убийство из-за угла… Современные властители очень любят лезть в чужие дела, как бы против нас не ополчились сёгуны и сам император. Зато если я завою Мино честно, никто мне не осмелится и слова сказать поперёк. Это, в конце концов, моё право, я – законный наследник, единственный родной сын Асакура Райдона. А этому Йомэю я ещё устрою показательную пытку…
Торио плотно сжал губы, в мечтах прокручивая варианты всевозможных истязаний. Кано задумчиво потёр подбородок.
- Ну так что, Кано-сан? Вы со мной?
- Вы так и не сказали мне, какие поощрения меня ожидают, если я соглашусь.
Торио придвинулся ближе к нему.
- Сила и власть, Кано-сан. Мне большие земли не нужны, Мино с меня вполне хватит. Но эта провинция со всех сторон окружена десятками крошечных княжеств, каждое из которых вы смогли бы завоевать и в одиночку. Но я дам вам войско, Кано-сан, слаженное, прекрасно обученное войско. С моей помощью вы можете стать крупнейшим землевладельцем в стране. И ваша слава, уже легендарная, сделает вас человеком, о котором не забудут даже спустя тысячелетия. Вы хотите остаться в памяти веков, Кано-сан? Решайтесь, я подскажу вам, как это сделать.
Кано спокойно смотрел в разгорячённое лицо Торио. Он не боялся риска: он всегда сможет найти возможность убить этого прохвоста княжеских кровей. Сомнения Кано были связаны с тем, стоит ли связываться с человеком, который ему был откровенно неприятен. Но возможность командовать войском – это что-то весьма привлекательное…
- И что я должен сделать? – Спросил Кано.
- Для начала – подписать соглашение.
И Торио, ликуя про себя, достал заранее приготовленный свиток с текстом договора и маленькую глиняную тарелочку, на которой лежала игла.
- Вы серьёзно относитесь к клятвам, Кано-сан? – Спросил Торио, передавая всё это своему собеседнику.
- Да. – Не задумываясь ответил Кано.
- Это не просто бумажный лист, это – важный документ, удостоверяющий вашу клятву верности роду Асакура. Вы можете убить меня, но всё равно останетесь обязанным служить любому представителю семьи Асакура. Даже тем из нас, кто ещё не появился на свет.
- Как же, в таком случае, я смогу убить господина Райдона и господина Йомэя?
- Никак. Райдон умрёт сам, а Йомэя должен убить я. Штука вот в чём: пока я жив, твой непосредственный командир и господин – я. Только я имею право отдавать тебе приказы. Это право перейдёт другим Асакура только после моей смерти, но мы с тобой постараемся, чтобы все они умерли раньше. Сейчас они не смеют отдавать тебе распоряжения, а ты не имеешь права их убивать. Точнее, не сейчас, а с той минуты, как ты подпишешь договор.
После секундной паузы Кано потянулся к игле.
- Но учти, Кано, подписанный договор обладает огромной силой. Он будет зарегистрирован императорскими писцами. Обратной дороги не будет: нарушишь договор – против тебя ополчится правительство. Ты великий воин, Кано, но один против целой страны ты не выдюжишь. Тебя сломают. Так что хорошенько подумай, прежде чем подписывать договор, и оцени, как я с тобой честен.
- Как долго действует этот документ?
- Всего три года. За это время мы успеем добиться всего, чего хотим. Да и при той обстановке, что существует сейчас в стране, медлить нельзя. Ну так что?
- У меня есть условие.
Торио насторожился:
- Какое?
- Есть один человек, которого я должен убить и забрать у него ценную для меня вещь. Этот человек находится в Киото. Я не могу уйти из столицы, пока не расправлюсь с ним.
- Так за чем же дело стало? – Удивился Торио. – Вызови его на поединок и прикончи.
-Я… не хочу, чтоб это закончилось так быстро.
Теперь пришла очередь Торио изумляться. Он увидел на холодном лице Кано проявления каких-то новых эмоций, но каких – разобрать не мог. Алчность? Ярость? Злорадство?
- Мы можем находиться в Киото, пока не получим известие о смерти Райдона. Но я тебе советую всё-таки не тянуть с этим, мало ли, вдруг твой противник испугается и сбежит из столицы, как мой названный братец? Где ты будешь его искать?
- Вы правы. – После секундного раздумья ответил юноша.
- Интересно, что это за человек, который так привлёк твоё внимание? – С намёком улыбнулся Торио.
- Просто человек. Его зовут Широсан.
- Широ-сан? А, так он, наверное, из крестьян… Благородные таких имён не носят.
И Кано уколол палец иглой, растёр кровь на плоской тарелочке и приложил окровавленный палец к чистому пространству под текстом договора. Он не ведал, что совершает самую большую ошибку в своей жизни.
Юки в Киото
Когда Юки добрался до Киото, там уже расцветала нежная, тёплая весна. Снега на улицах не было совершенно, на многочисленных сливовых деревьях распустились листья и медленно набухали соцветия. Дворцы и храмы утопали в робкой, прозрачной зелени, солнечные зайчики плясали на чистейших мостовых. Весной Киото был прекрасен, как никакой другой город на земле.
Юки шёл по улицам, разинув рот. Да, сразу видно, это – столица, и ничем другим быть не может. Сколько здесь красивых, нарядных людей, сколько ярких вывесок, сколько необычных домов! И ведь в одном из них может находиться Широ…
Руководствуясь единственным доступным ему соображением, Юки направился в императорский дворец. Он был всего лишь слуга, да ещё и лишённый фамилии, так что прорваться через стражников ему было не так просто, как остальным. Его едва не заставили дожидаться чиновничьей милости на улице вместе с босяками, но приятное лицо юноши, его не новая, но всё ещё ладная одежда и перестук золотых монет за пазухой сослужили ему хорошую службу: стражники помялись и пропустили его в приёмную, справедливо рассудив, что в ней неизвестный юноша может застрять на несколько месяцев.
…На второй день ожидания какой-то чиновник невысокого ранга всё-таки осведомился у Юки, с какой целью он явился тревожить его императорское величество. Юки отвечал, что лично к императору у него вопросов нет, а во дворце он присутствует с единственной целью выяснить, появлялся ли здесь этой зимой его господин Асакура Йомэй.