Но увы, вся эта красота была доступна только обитателям замка, деревенские жители сюда не допускались: парк был обнесён высокой стеной, и у каждого входа стояла охрана. С некоторых пор количество стражников утроилось, так что ни один нежелательный гость не смог бы проникнуть на территорию замка. Новый господин Асакура сурово следил за порядком и без промедления наказывал всех провинившихся.
Старая кухарка Кото, как-то по весне вышедшая к речке набрать воды, и не представляла, что вскоре ей предстоит нарушить предписания господина Асакура. Для своих нужд слуги пользовались двумя основными выходами из парка: один путь, более крутой, спускался прямо к воде, другой, пологий, вёл к деревне. Стряпуха Кото всегда пользовалась сразу обоими: к реке она спускалась по короткому пути, а обратно возвращалась по длинному, через деревню. Так и ноги меньше уставали – не в шестьдесят же лет карабкаться вверх по узкой тропинке! – и поболтать с крестьянками по дороге можно, узнать последние новости. В этот раз Кото поступила так же: быстро набрала в безымянной речушке полведёрка воды, полюбовалась, как мельтешат на неспокойной глади воды солнечные зайчики, потёрла поясницу и, легко подхватив ведро, направилась в деревню.
Близилось начало пятого месяца, на рисовых полях начался сев, так что народу в деревне было мало. Кото перекинулась несколькими словами с торговкой рыбой, обругала покосившуюся изгородь вокруг скобяной лавки, погладила развалившегося на солнышке кота, почитала развешенные на столбах объявления. Она любила эти прогулки: в кухне было жарко, душно, скучно, а сходить за водой – какое-никакое развлечение. Тем более что у неё, старухи, сил на такие дела ещё хватает.
Свернув на дорогу, ведущую ко входу в парк, Кото вдруг заметила, что на обочине кто-то сидит. Подойдя поближе, кухарка разглядела молодую девушку в залатанной одежде, которая, прикусив язычок, пыталась вынуть занозу из собственной босой пятки. На зрительницу она не обратила никакого внимания.
- Эге! – Сказала старуха, обрадовавшись, что нашла новую собеседницу. – Кто ж ходит босиком в такую погоду? Где твоя обувь?
- Развалилась, – сквозь зубы сказала девушка, не поднимая глаз.
- Так купи новую! Соломенные сандалии стоят сущие гроши!
- Вот сама и купи, если такая умная! – Огрызнулась незнакомка. – А у меня денег нет…
Кухарка не обиделась.
- Гм! Издалека идёшь?
- Да. Издалека.
- Голодная, наверное?
- Очень. – Девушка с досадой посмотрела на свои короткие грязные ногти, которыми никак не удавалось подцепить занозу.
- И остановиться тебе негде?
- Совершенно негде.
- Эге! – Снова сказала Кото, на этот раз задумчиво.
Она поставила ведро на землю и почесала в затылке.
- Можно попить? – Спросила девушка, покосившись на ведро.
- Да пей, не жалко! Только это вода речная, а не колодезная. В ней бельё стирают.
- Да мне уж всё равно, - устало вздохнула странница, с усилием приподнимая ведро и отпивая из него так, что вода выплеснулась ей на грудь.
- Ого! – Издала очередное восклицание кухарка, увидев, что на девице нет нижнего кимоно. – И не стыдно тебе так разгуливать?
Вместо ответа девушка лишь махнула рукой. Она была маленькая, крепко сбитая, очень усталая, но лицо у неё было упрямое и глаза не потухли. Кухарке она очень понравилась.
- Я б привела тебя к себе, девчушка, накормила бы и дала бы ещё кое-чего, да вот не могу: живу я в замке Мино, а он охраняется. Не пускают туда чужаков!
- Знаю. – Мрачно сказала незнакомка. – Я пробовала.
- Да, такой у нас теперь порядок. Раньше ещё как-то можно было провести к себе гостей, а теперь нельзя, приказ. Небось, слыхала, какие у нас тут дела творятся?
- Нет, не слыхала. Я совсем из другой деревни.
- Не слыхала?.. – Оживилась старуха. - Я б рассказала тебе, да вот… впрочем… Ты такая маленькая да слабенькая, что сразу видно – не злоумышленница. Уж в кухню-то тебя должны пустить! Пошли поговорим со стражниками, у одного из них мой покойный муж был в няньках. Авось пустят!
Девица тут же решительно поднялась с травы, отряхнула платье и выжидательно посмотрела на новую знакомую. Кото подхватила ведро, и обе они не слишком ходко – одна была стара, а другая прихрамывала – поковыляли к воротам.
Как и следовало ожидать, воины-охранители неизвестную девушку пускать отказались.
- Кото-тян, ты с ума сошла? – Покраснев, спросил молодой человек лет двадцати, с возмущением глядя на перепачканную девицу. – Мало ли, кто это такая! Вдруг шпионка! А если Сагара-сан узнает и донесёт Асакура-сама?
- Да ты погляди на неё, Хотака-кун! – По-свойски обратилась к нему кухарка. – Видно же, что просто бедная девушка! Я с неё глаз не спущу! Покормлю только немножко. Ну пропустите нас!
- Ни за что!
- Хотака-кун, не упрямься! Ну проверьте её хорошенько, как всех остальных посетителей, и пусть пройдёт!
Воины упирались ещё некоторое время, но Кото была убедительна, а нежданная гостья – слишком мала ростом и явно слаба, чтобы быть злодейкой. В конце концов Хотака и двое других воинов сдались. Девушку попросили постоять смирно с поднятыми руками, и Хотака ловко обыскал её платье.
Из вещей при девушке обнаружился только внушительный боевой нож. С завистью разглядывая старинное оружие, Хотака только вздохнул:
- Откуда это у тебя? Украла?
- Отдай! – Вскинулась девушка. – Это подарок!
- И не подумаю. В замок с оружием нельзя. Когда будешь уходить, тогда и получишь.
Девушка раздражённо дёрнула плечом, но спорить не стала. Брезгливо запахнув на себе старое платье, она последовала за старухой, уже ковылявшей по парку.
Слива давно отцвела, теперь отцветала вишня. Вся земля в парке была усеяна ковром из нежных молочно-розовых лепестков. Ступать по ним было куда приятнее, чем по гальке и колючей траве, а одежда, усеянная лепестками, уже не выглядела столь печально. Проходя по мосту, девушка старалась смотреть себе под ноги и казаться как можно меньше и скромнее, чтоб охранители не обратили на неё внимания. Не помогло: недалеко от чёрного входа в замок её снова обыскали, с ещё большим пристрастием, но теперь уже ничего не нашли.
Пройдя по низкому и узкому коридору через людские помещения в кухню, девушка облегчённо плюхнулась на топчан, накрытый старыми холщовыми мешками, и снова закинула на колено больную ступню.
В кухне было пусто, в огромной печи тлели уголья, а вдоль стен были развешены различные припасы. Глядя на них, гостья сглотнула слюну. Кухарка же быстро разожгла очаг, поставила кипятиться чайник, а из сундука достала большие кухонные щипцы и протянула их девушке.
- Попробуй хоть этим, что ли!
Прежде чем девушке ценой невероятных усилий удалось ухватить щипцами занозу, чай успел вскипеть и был разлит по чашкам. Старуха наполнила плошку холодным рисом и бобами, принесла в крышечке немного очень крепкого саке.
- Это – не пить! Протри место, где была заноза, чтоб грязь не занести. И вот тебе тряпица – обмотай свою ногу и оставь её на время в покое.
- Спасибо! – Поблагодарила гостья, с облегчением опуская ногу с топчана и одновременно хватая палочки для еды. – Это мне? Можно уже есть?
- Ешь вдоволь! – Любезно пригласила кухарка. – Ещё неизвестно, когда снова так-то поедим…
Девушка одним махом заглотила треть риса из плошки, прожевала, запила чаем и спросила:
- А что случилось?
- Да не случилось пока, слава всем богам. Но должно случиться. Наш господин Асакура считает, – кухарка понизила голос, хотя в кухне они находились одни и подслушивать было некому, – что будет война…
- Война? И кто же с кем воюет?
- Кто-то собирается идти войной на Мино. – Заметив, что чашка гостьи пуста, Кото тут же потянулась за чайником. – Но это и неудивительно, я тебе скажу. Пока был жив старый господин Асакура, никто и слова не смел сказать против Мино! А новый господин… что сказать… слабоват он против господина Райдона!