— Давно у нас на площади никому голову не рубили.
— Ну, так исправим.
Сэлли не видела, как скрутили Сокура, по ее душу на эту ночную улицу пришли другие двое стражей. Но две руки, по одной на каждом туловище, не смогли правильно скоординироваться, и девушка вырвалась, тут же кинувшись наутек по невидимой в темноте лестнице наверх, на крыши домов. Убрав не пригодившиеся мечи (и зачем только доставали), стража бросилась за ней, скабрезно комментируя погоню.
Девушка неслась вперед как угорелый заяц, но преимущество было явно не на ее стороне. В хитросплетениях улиц верхнего яруса она не ориентировалась совершенно, а ночь только придавала им дополнительной таинственности. Очень быстро они загнали ее в тупик. Впереди оказался бортик крыши и три-четыре этажа вниз.
Сэлли огляделась: слева халупа и справа халупа. И между ними довольные собой загонщики на фоне полной луны, дебильно сюсюкая и регоча, медленно подходили к ней, раскинув руки.
"Лучше смерть", — угрюмо решила девушка и бросилась с бортика вниз на мостовую.
Приземление больно отозвалось во всем теле, а душа, по ощущениям, пролетела еще дальше, так что ее возвращения еще пришлось подождать. Булыжники оказались жесткими весьма, но, перекатившись по ним, подниматься не захотелось. Там, лежа на мостовой, Сэлли и занялась самолечением, пока в мозг не вонзилась мысль — стража придет искать труп!
Девушка вскочила и, превозмогая боль, побежала. Ноги исправно несли ее прочь. Все-таки сотни пролевитированных пирожков и конфет не прошли даром!
Сэлли, эмоционально жестикулируя, рассказывала Лауреанне происшествия этой ночи.
— Так что ты думаешь об этом хозяине дома? — нетерпеливо прервала ее провидица.
— Выходит, что этот монстр, что пугает людей до смерти, живет в этом доме, а этот человек выпускает его иногда. И думаю для того, чтобы он подпитался немного. Но вот для чего его вообще создали?
— Но если основное время монстр проводит в доме, почему он не оказывал никакого влияния на бандитов.
— Потому что они его не видели! Возникая вдруг посреди площади, он неотвратимо пугал этим людей, а благодаря его способности к усилению, испуг становился смертельным. А среди бандитов он мог и не появляться, отсиживаясь в подвале или на чердаке. Или в каком-то потайном помещении. А усиливал что-нибудь еще: голод, похоть, гнев. А бандиты они и есть бандиты, никто бы и не заметил.
— Узнал я, где твой драгоценный волшебник, — вошел Дирк и сразу же плюхнулся в кресло.
— Так где он?
— Где ему и положено быть. В тюрьме.
Далее они минут пять препирались.
— Дирк, ну пожалуйста, ну что тебе стоит? Ты же верит. — Канючила Сэлли. Князь попытался сделать вид, что не слышит. — Просто придешь и скажешь: "Отпустить!".
— Во-первых, тогда слишком многие узнают, что я верит, — не выдержал он. — А это может поставить жирный крест на моих собственных планах. — Дирк хотел уже было вставить еще парочку нецензурных слов, но сдержался, глубоко вздохнул и продолжил. — Во-вторых, мне этот маг… безразличен.
— Как это безразличен? — Сэлли не изменила просительной интонации. — Он же тебе столько помогал?
— Когда это? Он мне только мешал!
— Правильно, он помешал тебе совершить ужасную ошибку! Ты должен быть ему благодарен, а? — К интонации Сэлли присовокупила несчастный, но полный надежды взгляд.
— Господи, ну за что мне это все?! — крикнул Дирк в потолок.
Тюрьма представляла собой небольшую каменную крепость. Вокруг по периметру шел вал в полтора-два человеческих роста, за ним ров и стена с башенками.
Дирк целеустремленно протащил Сэлли мимо моста и скучающих стражников. Далее к валу примыкали неопрятные домики-развалюшки, здесь ночевали местные бездомные, многие из которых — бывшие постояльцы этой самой тюрьмы. Они прошли улицу до угла, и здесь Дирк быстро протиснулся в какой-то закоулок. Пришлось перелезть через остатки какого-то кривого забора, и они оказались на помойке.
Князь с энтузиазмом начал копаться в мусоре и вскоре отрыл какую-то доску.
— Прыгай, — предложил он ей.
Девушка с сомнением подошла к его находке. Доска лежала поверх дыры в земле.
— А крыс там нет? — спросила она с сомнением.
— Не знаю, — пожал плечами Дирк, — в прошлый раз были.
— Ладно, ладно, — сказала Сэлли кисло, — кто не убрался, я не виновата. — Она прыгнула вниз наугад. На полу подземного хода мусора оказалось не меньше, чем на верху. Споткнувшись обо что-то, она упала на кого-то маленького, тепленького и недовольненького.