Ждать пришлось до глубокой ночи. На рандеву они собрались втроем: собственно царевич и Дирк со своею фиктивной женой (наверное, побоялись не взять). У бокового входа во дворец их встретил еще один верит. С ним Влад не обменялся ни словом, все до малейшей детали было оговорено заранее. Шли молча и быстро. Пустые коридоры освещались, не смотря на поздний час. Миновали всего двоих караульных, никак не отреагировавших на них; с патрулем счастливо разминулись, пройдя два раза по одному и тому же месту. Наконец, они достигли личных царских покоев. Сэлли оставили за первой же дверью. Их проводник остался в следующем коридоре. Дирк остановился у дверей кабинета. Туда царевич вошел один.
Святозар сидел в кресле перед камином в неестественном напряжении, черты его лица искажала необъяснимая мука. Он вздрогнул, когда Владомир вошел в комнату. Его глаза вспыхнули, и царевич было подумал, что от радости, но понял, это была скорее надежда.
Какое-то время они просто находились рядом, разглядывая друг друга. Ни один из них не пытался заговорить. Это было общение на другом уровне. Влад отметил, что отец его стал очень старым.
— Поверь, я не в силах объяснить тебе что-либо. — Сказал царь наконец. — Скажу одно: исполни пророчество. Быть может, это кажется тебе кощунством, но мы обязаны… У нас есть долг перед державой, и он священен. Я не могу взять этот грех на себя, хочу, но… Тебя же ничто не держит. Ты все поймешь, потом.
— Я должен воплотить в жизнь бред безумной старухи?! — вскричал Владомир.
Царь с усилием поднялся, он казался немощным, не смотря на телосложение медведя и бычье здоровье. Он будто находился под тяжелым гнетом, уже почти полностью сломившим его дух. И царевич испугался, чувствуя, что с этой бедой он справиться не сможет.
Стоять между двумя одурманенными стражниками было немного неуютно. Но проходила минута за минутой, а Владомир не возвращался, и она привыкла, главное, чтобы успел до смены караула. Патрули исправно шли мимо. Конечно, Владу было, что обсудить с родными, все-таки столько времени прошло. Только бы ему не пришло в голову и вправду пристукнуть своего папашу, царя то бишь. Она уж было начала снова волноваться, когда Владомир с веритами выскочили из дверей царских покоев.
— Думаю, нам стоит отсюда уходить, — проворчал новоявленный царевич. — И быстренько, быстренько, — он ухватил ее за локоток и чуть ли не потащил по коридору.
— Неужели царь осерчал, — поинтересовалась Сэлли шепотом.
— Наоборот, даже рад был, — Владомир аккуратно распахнул дверь за спиной проходившего на лестницу какого-то придворного.
— Неужели не хотел отпускать? — сказала Сэлли с сарказмом. Царевич не ответил. Переспрашивать уже не стоило.
На следующий день царя нашли мертвым в его покоях. Владомир по этому поводу отмалчивался, но все было понятно и так. По праву следующей на престол должна была взойти дочь Святозара и соответственно сестра Влада царевна с красивым поэтическим именем Лебедь.
Дирк, на правах верита, начал часто бывать во дворце, при этом он таскал с собою и Сэлли. К счастью, никак особенно ей одеваться не приходилось. Юную царевну она видела часто. На вид та была примерно одного с нею возраста, да и вообще очень похожа внешне, включая длинные рыжие волосы. Хотя, конечно, гораздо более ухожена, с замечательной осанкой и манерами.
В обращении с нею оказалось очень легко. Они немного подружились. В какой-то из дней Лебедь даже подарила Сэлли одну из своих заколок для волос, украшенную бирюзой.
После каждой такой встречи Владомир требовал от нее подробного рассказа о своей младшей сестренке. Сам он ее никогда не видел и не спешил радовать своим неожиданным появлением. Каждый раз он спрашивал у Сэлли, не заметила ли она чего-либо странного в Лебеди. Сначала она ничего не замечала, но потом ей показалось, что в ней есть что-то неправильное, царевна чем-то противоречила самой себе. Девушка спросила ее напрямую, все ли в порядке. Но та отделалась длинным монологом про смерть отца, одиночество, долг и скорую коронацию. Сэлли готова была биться головой об стену, но никак не могла ухватить мысль за хвост, она чувствовала, что происходит с царевной, но понять не могла.
Для прояснения ситуации она решилась забраться и как следует покопаться в покоях Лебеди. Это легче всего было сделать утром, пока та перед завтраком гуляла по саду. Коварный план проникновения состряпался легко.