Павел посмотрел на волка и сказал:
– Сходи туда. Найди Аниту.
Волк словно растворился. Черной тенью метнулся через поле к мельнице. Павел видел, как испуганно заржали лошади, впряженные в телегу, вскочили возницы, выхватывая рогатины. Но волк неторопливо вошел во двор и огляделся.
Павел посмотрел через глаза своего зверя и улыбнулся. Как же он соскучился по этому миру!
Игорь глянул на брата и торопливо отвернулся.
Трудно смотреть в совершенно черные, словно грозовые тучи, глаза. Где-то в глубине глаз вспыхивали и гасли алые вспышки, медленно закручивался мрак, словно могучий смерч.
Игорь отвернулся и сплюнул через плечо. От такого зрелища аж по спине мурашки пробежали.
Между тем волк обогнул мельницу и вышел к огороду. Замер, вглядываясь в тоненькую фигурку девушки. Вмиг на сердце полегчало, когда Соболев увидел Аниту, дергающую сорняки. Рядом с ней лежала небольшая горка травы, подвядшие листочки пожелтели и поникли.
Шум во дворе мельницы отвлек девушку, и она удивленно обернулась. Увидела волка и испуганно замерла.
Зверь открыл пасть и вывалил огромный язык, шумно задышал от жары. Солнце припекало, и все старались спрятаться в тенек.
Анита встала и вгляделась в глаза зверя.
– Волчонок? – неуверенно спросила она.
Зверь радостно тявкнул и побежал назад, обернулся, словно призывая за собой. Анита бросилась за ним. Она побежала за волком не разбирая дороги. Выбежала из ворот мельницы и увидела знакомую фигуру.
Анита бежала, не чуя ног, неслась, словно за спиной шелестели крылья…
К вечеру Павел, Игорь и Анита приехали в Волчью Впадину. Укутавшись плащами, которые они попросили у Панкрата, ошалевшего от свалившегося неизвестно откуда гостя, они побывали в доме Павла, взяли денег и купили все, что требовалось. В первую очередь одежду и оружие.
На ночь они остались в доме. Павел уснул, прижимая к себе Аниту, вдыхая запах ее волос.
И той же ночью он снова сумел создать астральную проекцию.
Павел открыл глаза и удивленно огляделся. Он стоял в крохотной комнатке, слабый костерок в углу освещал земляные стены и потолок, в углу темнел сваленный в кучу хворост, а рядом горка поменьше из яблок.
А перед Соболевым застыл Логан с дубиной в руках. Парень напряженно вглядывался в ночного гостя, изготовившись в драке. Исхудавший, бледный, с черными кругами под воспаленными глазами от недосыпа, седыми взъерошенными волосами, Логан держался на одной злости.
– Логан? – подал голос Павел. – Это я, Волчонок. Где мы?
В глазах парня мелькнула надежда, но он поспешил ее отогнать.
– Так я и поверил, – процедил он. – Убирайся откуда пришел, я тебе не по зубам.
– Логан, это правда я. В ночь перед казнью ко мне пришла Марика и дала зачарованную цепь. Когда меня коснулись первые лучи солнца, я переместился домой.
Логан озадаченно посмотрел на гостя.
– И как ты здесь оказался?
– Я снова использовал цепь и вернулся в этот мир. Я сейчас в своем доме в Волчьей Впадине, честно говоря, надеялся, что ты в поселке. Что произошло? Где мы?
Логан без сил опустился на пол и усмехнулся.
– Долго рассказывать. Мы сейчас в Локрусе. Это проклятый город. Извини, но я очень устал, давно не спал нормально. Эту землянку нашел, когда зацепился за крышку. Здесь более-менее безопасно. К тому же я начертил вокруг крышки защитные руны. Но в Локрусе так много разной нечисти, что спастись от всех одними рунами просто невозможно.
Павел сел рядом с Логаном и сказал:
– Поспи, а я посторожу. Тебе надо хорошенько выспаться, а то едва на ногах стоишь.
– Значит, ты применил астральную проекцию? Хм, как же я рад тебя видеть.
– Честно говоря, – смущенно улыбнулся Соболев, – это получилось само собой. Ложись, выспись.
Логан закрыл глаза, и сон сморил его мгновенно. Многодневное напряжение вымотало парня, и появление Волчонка было очень кстати.
Соболев всю ночь просидел около спящего Логана, над головой раздавались вопли, часто ревел какой-то зверь, слышался гулкий топот, иногда он вскакивал, глядя в потолок. Казалось, что дрожащая крыша вот-вот обвалится, но проходила минута, другая, и все стихало.
Наутро Павел проснулся в своей постели, но Аниты рядом не было. Он немного полежал, вспоминая ночное путешествие, и с неохотой выбрался из-под одеяла.
Анита суетилась на кухне. Мебель и посуда сверкали свежевымытыми боками, радостно приветствуя женскую руку, что-то булькало в печи, и кухня наполнилась аппетитными ароматами.